Алексей Морозов: Капитан и его команда

Алексей Морозов: Капитан и его команда

Алексей Морозов: Капитан и его команда

СЧАСТЛИВЫЕ РОДИТЕЛИ Ирина, Алексей, вы вместе уже 15 лет. По нынешним временам – долгий срок. Может, это характерно для хоккейной среды?

АЛЕКСЕЙ МОРОЗОВ Наверное, это характерно для нас. Мы так воспитаны родителями – и моими, и Ириными, пары которых в браке по сей день. И никто у нас никогда не разводился. Вот их пример вдохновляет.

Для нас важно уважать другого, прислушиваться друг к другу, уметь не только разговаривать, но и слышать. В семье всякое бывает, можно просто обидеться и замолчать, но мы с Ириной привыкли в случае разногласий сразу садиться и договариваться.

Так и продолжаем идти дальше.

ИРИНА МОРОЗОВА Мне кажется, во многом имеют значение и личные качества. Бывает ведь, что и дети, выросшие в полных, благополучных семьях, разводятся. Уважение – да. А еще – доверие. Вот Леша часто в разъездах, у него есть поклонницы.

Если бы в такой ситуации я не доверяла человеку, это бы вызывало, в свою очередь, недоверие с его стороны. И это уже серьезные предпосылки к распаду. А доверие тоже рождается из уважения.

Я уважаю в первую очередь его профессию, потому что с ней не так просто сохранить семью. И ни для кого не секрет, что из-за долгого отсутствия хоккеистов в семьях в этой среде действительно нередки разводы.

Меня, еще с США, где Леша играл в НХЛ, спрашивали, как я мирюсь с фанатками, постоянно окружающими его. Не знаю, как объяснить, но я никогда не обращала на это внимание.

С.Р. Может, потому, что Алексей – человек, которому можно доверять?

И.М. И это тоже. Но дело в том, что я искренне уважаю всё в его профессии – и фанатов тоже. Более того, я этим горжусь.

С.Р. Алексей, вы долгое время были капитаном нашей сборной, а в семье нужен такой капитан?

А.М.Я бы сказал, что, поскольку у нас в семье все решения принимаются совместно, капитаном, наверное, нельзя назвать кого-то одного. Любые проблемы обсуждаются на семейном совете. Хотя, что касается дома, конечно, здесь хозяйка жена. А я, может, капитан для детей. Они меня уважают и даже побаиваются, потому что если с мамой легко можно пошалить, то я построже.

С.Р. Что изменилось в вашей семье с появлением детей?

И.М. Все изменилось. Я, например, и так всегда была достаточно серьезным человеком, но дети прибавили мне взрослости. С детьми, начинаешь смотреть на мир другими глазами.

И не только ты как родитель учишь своих детей, они тоже учат тебя. Что-то они видят совсем не так, как ты, и порой даже заставляют тебя изменить свое мнение.

Каждый день везу Никиту в школу, и каждый день убеждаюсь, что он стал взрослее.

С.Р. Он пошел в школу с 6 лет?

И.М. Да, в нулевой класс Ломоносовской школы, и это пошло ему на пользу. В классе всего 9 человек, индивидуальный подход к каждому. Но, главное, ему самому очень нравится. «Мам, я так соскучился по Ларисе Владимировне!» – сказал сын об учительнице после каникул.

С.Р. Алексей, помните момент, когда вы впервые осознали, что вы – папа?

А.М. Прямо в тот день, когда родился Никита. Отношение к жизни поменялось.

Например, если раньше я мог пойти с каких-нибудь вышек высоких понырять, адреналина хотелось, то теперь меня сдерживает мысль: у меня есть дети, а перед ними – большая ответственность.

Если раньше, когда детей еще не было, могли чаще куда-то ходить, с кем-то встречаться, то сейчас больше времени хочется проводить с ними. А потом, у них режим, и мы ему подчиняемся.

С.Р. Алексей, вы ведь присутствовали на обоих родах. Какие ощущения?

А.М. О присутствии мужей на родах нам знакомые рассказывали разные истории, иные и в обморок падали. Ну, и на родах Никиты я еще в сторонке на всякий случай стоял. А когда должна была появиться Настя, понял, что хочу и готов сам перерезать пуповину. Ира была не против. Впечатления, конечно, незабываемые!

С.Р. А зачем вам это было нужно?

А.М. Чтобы понять, через что проходит женщина. Это, по-моему, важно для мужа и папы. И потом… я стал еще больше любить Ирину.

С.Р. Когда решили рожать вдвоем, ходили на какие-то курсы?

И.М. Нет. На курсы не ходили, зато у меня к рождению и одного, и другой было готово абсолютно все.

А.М. У нас не было никакого суеверия, и уже за месяц детская была полностью обустроена.

И.М.Да что комната! Были переглажены и аккуратно сложены все пеленки по месяцам: на 3 месяца, на 5, на 6. И знаете, как такая подготовка пригодилась! И с Никитой, и с Настей, когда мы приехали из роддома домой, у меня все было под рукой. Даже бутылки стояли простерилизованные.

С.Р. Опыт с Никитой помог, когда Настя родилась?

И.М.Без сомнений! Хотя они, конечно, разные. Во-первых, мальчик и девочка. Во-вторых, разные характеры, поведение. Хотя Никита мальчик, он очень восприимчивый и нежный. Ранимый, все воспринимает близко к сердцу. Настя по природе своей нежная, но характер у нее твердый. Она у нас – молодец!

С.Р. Вся семья ходит на игры Алексея?

А.М.Да, конечно. Но Настя еще маленькая, не выдерживает всю игру, отвлекает и Никиту, и маму. А сын обожает хоккей, все команды знает, игроков. Даже мне что-то, бывает, подсказывает.

Например, завтра игра, а Никита мне про игроков в команде соперников рассказывает: кто, где, как раньше играл. Ждет все мои игры, следит, спрашивает, сколько дней осталось.

Очень интересуется и сам уже хоккеем занимается.

С.Р. А ведь у вас, Алексей, и папа был хоккейным тренером? Династия получается?

А.М. Получается. Причем очень естественно. Мы же Никиту не заставляли заниматься именно хоккеем, он сам захотел. Сходил на матч, побывал в раздевалке. И все.

Еще когда мы в Казани жили, мальчишки, дети хоккеистов, чуть постарше сына, все играли в хоккей – и он с ними. А теперь ходит в секцию.

В конце тренировки ребята обычно играют, и, если Никита забивает, таким счастливым приходит! Всем рассказывает, хвалится, бабушкам звонит, сообщает.

С.Р. Хотели бы видеть его профессиональным спортсменом?

А.М. Я не против, но только если он сам захочет. Заставлять никогда не буду. Тем более что пока у нас на первом месте учеба. Хоккеисты, сами понимаете, учатся не столь интенсивно: то сборы, то игры.

Помню, в последних классах мы вообще мало учились, все время на играх пропадали. А мы с Ириной хотим, чтобы Никита хорошо учился. Даже если будет профессиональным спортсменом, учеба не помешает.

Тем более что в нынешних хоккейных секциях уже в шесть лет такая конкуренция среди детей!

И.М. И идет это от родителей. Некоторые просто прессуют своих детей. В шесть лет они хотят видеть их великими хоккейными звездами и для этого готовы и заставлять, и унижать. Я сама все это видела на тренировках.

А.М. Когда мы росли, был совсем другой подход. Ну, получится – здорово, нет – ничего страшного. Конечно, хотели, чтобы из ребенка вырос мастер спорта, но злости и агрессии не было. В результате, мы из одной секции Никиты перевели в другую.

С.Р. Это оттого, что столь высоки ставки в современном хоккее?

И.М. Я разговаривала об этом с Марией Бутырской, у которой сын тоже в хоккее и которая тоже перевела его в другую секцию.

Она полностью со мной согласна, и мы обе пришли к выводу, что, так «дрессируя» собственных детей, родители просто-напросто растят себе пенсию. Дети становятся заложниками желаний родителей, которые разрушают им психику.

Но разве в хоккей нужно заставлять играть?! Это же абсурд! В конце концов, это просто игра.

Совет от Ирины Морозовой
Долго, лет до 2,5, не получалось отучить Никитку от соски. Ночью он ее мог даже и не сосать, но держать в руке – обязательно. От отчаяния я как-то взяла и проколола соску, а сыну сказала, что в магазинах больше таких нет. Какое-то время он подходил, просил узнать, не появились ли соски в продаже, а потом просто забыл об их существовании.

С.Р. А на что, в основном, вы опираетесь в воспитании?

И.М. Если честно, я, например, больше всего полагаюсь на собственную интуицию. Своих детей чувствую, даже сама не знаю, каким образом. По-видимому, это нечто, присущее каждой матери, просто, некоторые не хотят к этому прислушаться. Был у нас период, когда Никита не мог заснуть, боялся один в комнате оставаться.

Вообще, когда приходит вечер, темнеет, у любого человека подсознание начинает работать по-иному. Я поняла, что сын, засыпая, себе что-то страшное представляет, и переубедить его, что на самом деле ничего такого рядом нет, невозможно. Что делать? Решила поменьше давать ему поводов для таких визуальных картинок, а значит, оградить от страшных сказок, например.

Мы стараемся обходить истории про Бабу-ягу, Кощея Бессмертного и подобных персонажей.

С.Р. Не думаете, что им необходима такая естественная «прививка страха»?

И.М.А знаете, они все равно где-то что-то сами узнают. Настя видела, например, мультфильм про Белоснежку, и там была ведьма. Но! Мы не смотрим такое на ночь. И если они что-то подобное видят, слышат, то чрезвычайно малыми дозами.

Кроме того, дети же не в замкнутом пространстве живут, они ходят в социум, где тоже бывают проблемы, конфликты. Как только ребенок окунается в коллектив (а Настя уже ходит в балетную студию), он сам все узнает.

Просто я считаю, что лишнее до определенного возраста ни к чему.

С.Р. Насте только 4 года, а она уже занимается балетом?

И.М. Да. В студии Илзе Лиепы, где принимают детей с трех с половиной лет. И уже умеет садиться на шпагат. Но там не только хореография, там и английский, и развитие речи. Насте очень нравится, это важно.

Вообще в последнее время я себя стараюсь все время настраивать на то, что учеба учебой, развитие развитием, но это все же дети. Для них нормально и обязательно и играть, и шалить. Да, у нас есть какие-то ограничения, есть режим, но мы многое и позволяем. И я замечаю, что, чем старше становлюсь, тем больше позволяю.

Тем более что они тоже растут и время бежит все быстрее и детство скоро кончится… А я хочу, чтобы оно подольше у них не кончалось.

С.Р. Что главное хотите детям передать?

А.М. Главное, чтобы они были порядочными и честными. Чтобы умели осознавать свои поступки, умели сознаваться. Думаю, эти качества прежде всего закладываются именно в семье.

И.М. Хочется, чтобы они стремились к лучшему, но не перешагивая при этом через других людей.

С.Р. Алексей, рождение ребенка и большая спортивная победа – это можно соразмерить?

А.М.Это все-таки разные вещи. Конечно, я – спортсмен, моя цель – победа, но… Мы побеждаем не так уж и редко, и к этому привыкаешь. А ребенок – нечто особенное. Например, рождение и сына, и дочери настолько знаменательные и главные события в нашей жизни, что я не смогу сопоставить с ними ни одну мою победу на льду.

Источник: http://www.parents.ru/article/aleksej-morozov-kapitan-iego-komanda/

Алексей Морозов: «Юрзинов бьется, но многие тренеры в России закрыты» – ХК СКА Санкт-Петербург, 2015/09/01

Алексей Морозов: Капитан и его команда

Известный в прошлом хоккеист и капитан сборной России Алексей Морозов заступил на должность управляющего директора МХЛ больше месяца назад.

Кубок мира, проходивший в Екатеринбурге, Пышме и Нижнем Тагиле, стал первым турниром нового руководителя Молодёжной хоккейной лиги. Мы встретились с Алексеем Алексеевичем на Урале и обсудили самые актуальные вопросы, связанные с его должностью.

Разговор состоялся до финального матча Кубка мира, в котором шведский «Юргорден» обыграл нижегородскую «Чайку».

«Шафагат Тахаутдинов для меня пример руководителя»

— Совсем недавно вы были действующим хоккеистом, а сейчас занимаете пост управляющего директора МХЛ. Что самое тяжёлое в новой работе? Удалось ли уже перестроиться?

— Что могу сказать точно, это очень разные профессии. Впрочем, когда я начинал карьеру игрока, проводил первые игры, тоже нервничал. Сейчас есть коллектив, который прекрасно знает молодёжный хоккей и помогает мне адаптироваться. Скажу честно, к этой должности я не готовился. Начинаю всё с чистого листа.

— Не колебались, когда принимали предложение? Не думали, что перед такой ответственной должностью нужно где-то поработать помощником, набраться опыта?

— Хочешь генералом стать, надо в лейтенантах походить? Нет, ничуть не колебался. Это интересная работа. Мы сразу оговаривали, что у меня будет помощник, который введёт в курс дела, будет подсказывать. Конечно, мне ещё нужно набраться опыта, но я в себе уверен. Если бы я понимал, что не справлюсь, отказался бы.

— Вам сейчас нужнее «кабинетные» помощники, нежели хоккейные люди? Не думали над приглашением в МХЛ бывших партнёров по команде?

— Есть помощники, занимающиеся бумажной работой, а есть те, кто прекрасно знает ситуацию внутри клубов МХЛ. Когда работаем по той или иной команде, я запрашиваю информацию, и мне докладывают, как команда развивалась, какие у неё были проблемы раньше, как обстоят дела сейчас. Ведь когда я играл, то не знал практически никого из руководителей клубов.

— Начинающие тренеры, как правило, говорят о конспектах тех специалистов, с которыми работали на протяжении карьеры. Вы в принципах управления берёте с кого-то пример?

— Всё время игры в Казани у меня перед глазами был отличный пример — Шафагат Фахразович Тахаутдинов. Он всегда ставил чёткую задачу и выражал свою позицию, которая была понятна всем.

Тахаутдинов – человек слова, если он что-то сказал, то обязательно это сделает. Многие могли внутренне не соглашаться с ним, но в конечном итоге оказывалось, что он был прав. Для меня Шафагат Фахразович был и остаётся примером клубного руководителя.

Хотя я понимаю, что управлять клубом и лигой – это немного разные вещи.

— Годы в «Питтсбурге» перевернули ваше представление о том, как должна выглядеть структура управления клубом?

— Там и поездки, и отношение к тренировочному процессу построено по-другому. Надо понимать, что прежде всего там иной менталитет. Для сравнения: в «Крыльях» доктор вечером делал обход, утром будил всех, даже будильник заводить не нужно было, а в «Питтсбурге» давали листок с расписанием и полагались на профессионализм игроков. Не явился на ужин или опоздал на тренировку – твои проблемы. Возможно ли применить эту практику в нашей действительности? А это уже происходит, условия в российском хоккее с каждым годом становятся всё лучше, а игроки – профессиональнее.

— Когда многочисленные энхаэловцы приехали в «Ак Барс» на время локаута, а по его окончании благополучно вернулись обратно, вы остались в Казани. Причина в той самой организации, которая была налажена в казанском клубе?

— Мне понравилось отношение к игрокам, которое было в «Ак Барсе», да и сама Казань. Да и в «Питтсбурге» в последний год не всё складывалось. Большую роль сыграло желание выступать за сборную России, в том числе на Евротуре. Знакомые ребята играли за сборную, много рассказывали, а я даже на чемпионат мира из-за игры в плей-офф не мог приехать. Я остался в «Ак Барсе» из-за того, что знал: у меня будет шанс проявить себя, играть за сборную перед своими болельщиками на том же Кубке Первого канала.

— Сейчас к Евротуру относятся несколько пренебрежительно. Для вас действительно настолько важен был этот турнир?

— Да, для меня это было событие. Помню, в 2005 году, перед Олимпиадой, мы играли на большой спортивной арене «Лужников», куда я мальчишкой раньше ходил с отцом на приз «Известий» и смотрел на наших звёзд. Для меня это было нечто!

— Со временем, когда Быков и Захаркин поставили на поток победы в Евротуре, эмоции от игры за сборную пошли на спад?

— Нисколько. От матча к матчу у нас закалялся дух победителей. Быков и Захаркин всегда ставили задачу побеждать, чтобы впредь соперники боялись нас ещё до стартового свистка. Мы выходили на лёд, не допуская даже мысли, что можем проиграть.

«Североамериканский хоккей изменился. В их игре стало меньше грязи»

— Расскажите, как проходила серия игр между «Крыльями Советов» и командами IHL в 1994 году. Про эту поездку катастрофически мало информации.— Как организовывались эти встречи, я не знаю. Однако за год до «Крыльев» в аналогичное турне ездил ЦСКА, в составе которого играл мой брат Валентин. Он-то мне и рассказал, чего ждать от этих игр.

Так что я уже был в курсе, как там «лупятся». Тогда я был ещё совсем молодым игроком, играл в маске, а помимо меня с «Крыльями» отправились ещё два парня моего возраста. Конечно, это был совсем другой хоккей. IHL – лига не самая мастеровитая, зато в каждой команде было по два-три бойца. График тоже был жёсткий, мы играли даже чаще, чем через день.

Большинство матчей проиграли, но зато опыт получили бесценный. Мы много общались с Юрием Хмылёвым, который благодаря локауту в НХЛ присоединился к нам во время этого турне. Казалось бы, не так давно мы детьми смотрели на него с раскрытым ртом, а тут ездили в одном автобусе. Он нам много рассказывал о жизни за океаном.

А уж когда в одной из игр вышли с ним в одном звене – эмоции словами было не передать!

— Если перенестись в день сегодняшний, есть ли шанс возродить «Крылья», хотя бы на уровне Молодёжной хоккейной лиги?

— Надежда есть. Учитывая ситуацию в стране, что-то гарантировать невозможно. Работа по возрождению идёт, однако ничего определённого сказать не могу. Есть увлечённые люди, которым это нужно и интересно, но существует много нюансов, связанных с дворцом и с самой командой.

— Вспоминая ваше турне с «Крыльями» и наблюдая за матчем «Авто» — «Чикаго», в котором хозяева проиграли 1:6, испытали чувство дежавю?

— Не сказал бы. Североамериканский хоккей за эти годы изменился. В их игре стало меньше грязи, зато какие комбинации разыгрывали ребята из «Чикаго»! В касание, на дальнюю штангу – красота. Если раньше они набрасывали шайбу на пятак и пытались затолкать её, то сейчас такого практически не увидишь. И даже если играют жёстко, то почти всегда в пределах правил.

— «Авто» и «Чикаго» после очной встречи в группе, которая запомнилась массовой дракой, синхронно уступили в полуфиналах. Связываете ли в это с тем, что они оказались эмоционально выхолощенными?

— Я бы не стал здесь проводить параллели. Разве что у «Чикаго» было мало времени на подготовку, так как они проводили дневной матч. Сложно говорить, устали они или нет, может быть, сказался и перелёт. Шведы тоже потратили силы на переезд из Нижнего Тагила, но это не помешало им пройти в финал.

«Нижний Тагил не удивил, про него мне рассказывал Радулов»

— Вы родом из Москвы, долгое время играли в благополучном «Ак Барсе», жили в лучших отелях. Представляли, возглавляя МХЛ, в каких условиях играет большинство молодёжных клубов?— Примерно, конечно, представлял. Я и сам всё это проходил с «Крыльями Советов», когда был молодым.

Ездили и в Сибирь, и в гостиницах далеко не пятизвёздочных жили, и передвигались в основном на поездах. Понятно, что на молодёжь никто не будет тратить такие деньги, как на главную команду. Будь я руководителем клуба – сам бы так делал.

Самоцель ведь не в том, чтобы в самую дорогую гостиницу поселить, а туда, где не будет вечеринок, шума и гама. Важен отдых и восстановление.

– Екатеринбург – большой современный город, он вряд ли может чем-то удивить. А когда вы приехали в Пышму и Нижний Тагил, ваши ожидания совпали с увиденным?

— За свою карьеру я побывал во многих городах, не только миллионниках. Ведь где-то хоккей развит, но инфраструктура города при этом оставляет желать лучшего. Нижний Тагил меня ничем не удивил, потому что про свой родной город мне много рассказывал Саша Радулов. Перед тем как туда поехать, примерно знал, что и как устроено. Что касается Пышмы, то она меня приятно удивила. Дворец и то, что я увидел вокруг него, мне понравилось. Арена пусть и небольшая, но аккуратная, всё продумано, как для хоккеистов, так и для зрителей. Мне кажется, было бы неплохо, если бы туда переехало «Авто». И трибуны были бы полные, и у местных мальчишек появились бы свои кумиры.

— МХЛ даёт рекомендации клубам КХЛ перевозить свои молодёжные команды в города-спутники?

— Нет, таких чётких рекомендаций нет. Главное, чтобы были подходящие условия. Скажем, в Набережных Челнах гостиница прямо рядом с ледовым дворцом, очень удобно. А вот в Хабаровске на протяжении большей части моей карьеры гостиницы рядом с дворцом не было, приходилось долго добираться на тренировки и игры. Это накладывало свой отпечаток.

— Что вам, не как руководителю, а как зрителю, больше всего запомнилось на этом Кубке мира?

— Как я уже отмечал, меня приятно удивили американцы. Комбинации, которые им удавались, раньше были свойственны европейцам. Даже на молодёжном уровне видно, насколько они технически оснащены. Все передачи – точно в клюшку, а если шайба и пошла немного не по той траектории, но они подстраиваются, обрабатывая её на скорости. Площадку, опять же, отлично видят.

— «Чайка», пожалуй, ближе всего к «Чикаго» по стилю и организации игры. Согласны?

— Безусловно, «Чайка» хорошо организована. У команды неплохое движение, все играют в пас, защитники здорово начинают атаку. Недаром они в прошлом сезоне выиграли Кубок Харламова.

— Тем не менее лидерам «Чайки» сложно зацепиться за основу «Торпедо», где Скудра прививает североамериканский хоккей. Вы, опять же, закончили карьеру, столкнувшись с таким стилем в ЦСКА Торчетти. Это проблема российского хоккея?

— Каждый тренер выбирает свой стиль, который, по его мнению, принесёт результат. У всех свои методы. Тем не менее меня удивляет, когда комбинационных хоккеистов, умеющих сыграть на паузе и отдать хороший пас, заставляют вбрасывать шайбу и искать её у бортов. Есть те, кто это умеет делать, но в 30 лет вряд ли возможно переучить игрока. Чемпионат мира в Чехии в этом смысле многое показал. Я смотрел и поражался, насколько великолепно у сборной Канады поставлена игра в пас.

«Некоторые тренеры думают, что они уже великие, а Юрзинов – это старая школа»

— Владимир Владимирович Юрзинов не устаёт повторять, что мы потеряли свой фирменный стиль. Вы как бывший капитан сборной России, а теперь управляющий директор МХЛ разделяете его мнение?

— Я порой не понимаю, в каком стиле мы сейчас играем. Да, иногда проглядываются комбинации, но они сменяются глупыми вбросами в зону, которые ни на что не направлены.

Одно дело, когда ты видишь, что твой партнёр обгоняет защитника, и вбрасываешь шайбу в зону – это равноценно пасу на ход. Но мы же в большинстве случаев видим бездумную игру, которая приводит к потере шайбы.

Увы, я не вижу сейчас ни советского, ни российского стиля в игре наших команд.

— Юрзинов регулярно проводит семинары, но за ним не тянутся другие тренеры. Почему в России неохотно делятся своими знаниями?

— Я знаю многих специалистов, которые что-то придумают, закроются и никому ничего не расскажут.

Доходит до того, что даже помощник не знает всех нюансов! Я сталкивался с ситуациями, когда на собрании что-то не понял, походишь к помощнику за разъяснениями, а он разводит руками. Настолько закрыты наши тренеры.

Юрзинов же, наоборот, как только что-то увидит – всем спешит рассказать, поделиться. Владимир Владимирович пытается объединить наш хоккей. Он живёт и болеет хоккеем.

— В одиночку пробить эту стену возможно?

— Юрзинов и один очень много даёт нашему хоккею. Он бьётся, рассказывает, пытается передать свой опыт молодым тренерам. Конечно, если бы за ним потянулись другие и была выстроена система детского и юниорского хоккея – многое бы изменилось. Проблема состоит ещё и в том, что не все тренеры хотят учиться. Некоторые думают, что они уже великие, а то, что даёт Юрзинов, это старая школа и она не актуальна.

— Вы заряжаетесь энергией Юрзинова?

— Да! Всегда, когда я с ним разговариваю, он вдохновляет своими идеями. «Лёша, если мы не будем развивать молодёжный хоккей, то ничего не будет!» — любит повторять Владимир Владимирович. Он меня мотивирует, подталкивает.

— Вы в Пышме и Нижнем Тагиле проводили мастер-классы для детей. Постоянные выходы на лёд не мешают вам убить в себе игрока и окончательно перестроиться на кабинетную работу?

— Да нет, та хоккейная жизнь, которая была с азартом, адреналином и дрожью на последних секундах, она уже вряд ли вернётся. Мастер-классы же мы проводим для того, чтобы ребята запомнили этот день и у них появилось стремление, которое поможем им стать профессиональными хоккеистами. Мне и самому нравится возится с детьми. Видишь азарт их в глаза и радуешься, как за себя.

— Глядя на них, вспоминаете себя в детстве?

— Вспоминаю, конечно, как мы радовались победе на каждом турнире. Но есть и существенная разница. Сейчас у детишек всё по-взрослому, есть кубки, индивидуальные награды, призы лучшему вратарю, MVP. У нас такого и близко не было! Помню, как лет в 17 я ездил в Канаду на турнир. Там я жил в семье, где был мальчик-хоккеист, так у него все полки были в различных статуэтках. Я, признаюсь, ему тогда позавидовал, потому что у нас в то время были только грамоты. А ведь когда заканчиваешь карьеру – так приятно посмотреть на свои первые награды…все новости

Источник: https://www.ska.ru/news/view/alieksiei-morozov-iurzinov-b-ietsia-no-mnoghiie-trieniery-v-rossii-zakryty/

Знатоки с чувством юмора

Алексей Морозов: Капитан и его команда

Мы встретились с ребятами в библиотеке имени Молчанова-Сибирского за полчаса до начала открытого кубка России по спортивному ЧГК. Турнир проводится по всей стране и является отборочным на чемпионат России.

Почему «Пахлава глупости»? Кто придумал такое название команде?

Алексей: Названия всегда придумываются спонтанно.

Антон: Перед первой игрой нужно было придумать название. На одном из турниров у нас была шуточная отсылка к сатирическому произведению средневекового философа Эразма Роттердамского. Только в оригинале «Похвала глупости», а у нас пахлава (восточная сладость из слоеного теста с орехами в сиропе. — Прим. авт.). Предложил ребятам, им название понравилось, звучит прикольно.

Елена: Если смотреть на названия команд, там все изгаляются, кто как может, — это или игра слов, или какие-то аллюзии.

Ася: Мне кажется, филологическую диссертацию можно защитить, проанализировав группы названий.

Антон Тележкин

Кто капитан команды?

Алексей: Хороший вопрос.

Елена: У нас два капитана. Два капитана одного корабля. Антон капитанил нашу команду на чемпионате мира. Еще у нас есть Олег (Олег Тарасов. — Прим. авт.), но сегодня его нет, празднует день рождения, про него можете не писать. (Все смеются.)

Алексей: У него то свадьба, то день рождения.

Антон: Он из-за свадьбы не смог присутствовать на турнире отборочном на чемпионат мира, поэтому мне пришлось взять на себя функцию капитана.

Ася: А нам понравилось (улыбается).

Ася Могилева и Елена Летунова

Вы все представители разных профессий?

Антон: Да, в основном. Я — химик.

Елена: По образованию юрист, но сейчас работаю в другой сфере.

Алексей: Биолог. По-моему, мы единственная команда, в которой половина состава не гуманитарии.

Ася: Поэтому любим естественно-научные турниры.

Алексей Морозов

Получается, каждый из вас силен в определенной области знаний?

Антон: Есть, конечно, такое, что кто-то в одной теме разбирается хорошо, кто-то — в другой. Но лучше, чтобы все по чуть-чуть знали обо всем.

Алексей: По-моему, команды сейчас не собирают по принципу «а давайте возьмем математика, химика и парочку гуманитариев». Хотя раньше такое практиковали.

Елена: Много вопросов по истории и литературе. А вот знания по химии и физике могут раз в полгода пригодиться и все.

Владимир Бычков

Вопросы в «Что? Где? Когда?» обычно глубже уровня школьных знаний. Или это не всегда обязательное условие?

Елена: Есть вопросы, для ответа на которые нужны базовые знания, полученные в школе. Взять хотя бы русскую литературу: 90 % классиков и современников знакомы нам по школьной программе, а 10 % — какие-нибудь заумные авторы. Но некоторые вопросы требуют не знаний, а просто логики. Про сломанную зажигалку помните?

Алексей: Ооо… Вопрос примерно такой: «Один пикапер, друг автора вопроса, „клеил“ девицу у входа в бар, пользуясь неким предметом на парные согласные. Назовите предмет». Это была сломанная зажигалка.

Антон: Плохой вопрос, на самом деле. (Все смеются.)

Елена: Просто вопрос, который первым пришел в голову. Здесь не надо никаких знаний.

Алексей: Ну да, что за штука пикапер — и, собственно, все.

Елена: И надо знать, что такое парные согласные. Те, кто играют в ЧГК, понимают, о чем речь, потому что этот прием часто используют в вопросах.

Святослав Казусь

Как «прокачиваете» себя знаниями? Сидите в библиотеках?

Алексей: Я лично просто играю, да и все.

Елена: Самый лучший способ — это, конечно, играть постоянно и регулярно. У меня был перерыв в играх семь-восемь лет. В 2016 году вернулась в ЧГК и вижу, как сильно изменилась техника.

Алексей: Года четыре назад в каждом турнире был вопрос с ответом: «Феникс». Реально, по любому поводу, но эта птица всплывала.

Елена: Сейчас популярны рэп-баттлы, у нас в последних турнирах по одному вопросу постоянно или про Оксимирона, или про других рэперов. Чем чаще играешь, тем лучше. Сидеть в библиотеках и что-то читать точно никто не собирается.

Антон: Даже если вопросы по книгам, то по таким мелочам, которые нереально запомнить.

Елена: Мы знаем, что у нас в команде сильно страдает сфера изобразительного искусства. Сейчас я стараюсь запоминать картины и художников, хотя раньше прошла бы мимо этого. Можно выписывать незнакомые факты во время турнира и потом читать про них, так готовятся студенческие команды.

Сложился определенный стереотип, что интеллектуальные игры для умных и серьезных ребят с широким кругозором и большим багажом знаний. Насколько соответствуете этому образу?

Елена: Многие нас представляют такими заучками. Кто попадает в наше сообщество — сильно удивляются (смеется), потому что людей с таким юмором, как у игроков в ЧГК, еще поискать надо.

Вова: Сколько ездим в поезде командой, нас всегда спрашивают: «Вы что, кавээнщики?»

Елена: Создается впечатление, что Вассерманы с бородами сидят. На самом деле, мы к кавээнщикам даже ближе, чем к Вассерману. По крайней мере, в Иркутске точно такая тенденция.

Кто составляет вопросы для ЧГК?

Алексей: Есть пул редакторов, условно их 100-200 человек, которые собирают пакеты вопросов. Часть они пишут сами, какие-то вопросы заказывают и покупают поштучно. У каждого из них свой стиль.

Если играем Чердака (Черданцев), то уже знаем, что от него ожидать. Он живет в Ноттингеме, в Англии, и у него есть дочь трех лет. Писал много вопросов про Ноттингем и про дочь. И еще раз про Ноттингем (смеется).

Помните его вопрос про солнышко?

Антон: Года три назад, наверное.

Алексей: Дочка этого Чердака вечером от взрослых услышала две некие вещи и сделала из этого вывод. Назовите этот вывод тремя словами на одну букву. По-моему, больше никакого фактажа там не было.

Антон: Девочка услышала, что «солнышко ложится спать» и «солнце садится».

Алексей: Правильный ответ: «Солнышко спит сидя». Ну что за?

Елена: Пример вопроса, в котором ничего не надо знать (смеется).

Ася: Специфика вопросов ЧГК и вообще игры в том, что через минуту тебе лучше не помнить, о чем был предыдущий вопрос. Запоминать их не надо. И когда меня просят, расскажите какой-нибудь вопрос, это то же самое, если игроку в КВН сказать: «Пошути что-нибудь, ты же кавээнщик».

Вам дается минута на вопрос. Сложно во время обсуждения прийти к общему мнению и всегда ли в спорах рождается истина, как считаете?

Антон: Если бы всегда рождалась, мы бы постоянно отвечали правильно на вопросы.

Елена: К спорам отношение в «Что? Где? Когда?» неоднозначное. Они, конечно, возникают, потому что у одного одна версия, у другого — другая, но лучше вместе обсуждать и друг друга слышать.

Ася: У нас спорт, похожий на пинг-понг или волейбол. Один подает идею, второй ее понимает, третий подхватывает, и когда у нас получается взаимодействие, когда все умудряются поиграть — это очень классные вопросы. Мы радуемся, даже если «не взяли» его. Мне кажется, в этом и есть смысл игры.

Елена: Согласна с Асей, бывает такая синергия классная, именно это и ценно. Сразу видно, когда команда сыгранная. Мы в разных командах играли, у нас достаточно большой опыт: иногда бывает перетягивание одеяла на себя, или команды не обсуждают, сидят и молчат, другие, наоборот, кричат друг на друга, у всех по-разному.

Команда во время открытого кубка России по спортивному ЧГКУчастники открытого кубка России по спортивному ЧГК

В ноябре вы вернулись с чемпионата мира по «Что? Где? Когда?», который проходил в Астане. Команда впервые получила право участвовать в таком масштабном турнире как призер Байкальского фестиваля интеллектуальных игр. Расскажите о поездке.

Алексей: В чемпионате приняли участие 69 команд из 26 стран. Иркутск оказался самым восточным городом, хотя Сибирь была представлена еще Новосибирском и Омском.

Антон: Формат чемпионата сильно отличался от традиционных синхронных интеллектуальных игр. Все команды разбили на три лиги, и по итогам каждого этапа можно было как попасть в более сильную лигу, так и «упасть» к более слабым командам.

Елена: По итогам первого тура мы занимали 18-е место, но в конце концов опыта не хватило. Команда именно в таком составе существует с сентября.

Ася: Для нас участие в чемпионате — очень значительный шаг. Это круто!

Антон: Чемпионом мира стала команда из Санкт-Петербурга. Всего мы разыграли 120 вопросов. У чемпионов 76 правильных ответов, у нас 37.

Елена: Мы не будем говорить, какое место заняли (смеется). Смысл в том, что это сложный и престижный турнир, и мы не могли его пропустить. Считаю, что самое высокое достижение в спортивном ЧГК — попасть на чемпионат мира, выше только выиграть его, занять второе или третье место.

Какой турнир станет следующим в копилке команды?

Антон: Вернувшись в Иркутск после чемпионата мира, мы выиграли международный турнир и получили право поехать в Мюнхен весной 2018 года. Мы очень сильно хотим принять участие в чемпионате, осталось только найти финансирование на поездку.

Помимо участия в играх вы часто собираетесь вместе?

Елена: Мы ничем не отличаемся от обычных людей: празднуем вместе дни рождения, общаемся. Играем вместе в музыкальные квизы.

Ася: Есть мрачные интроверты, но и они сдаются (смеется).

Елена: Это точно, под нашим напором все сдаются.

Алексей: Все ЧГК — одна большая тусовка, участники которой встречаются, общаются и иногда даже женятся. (Все смеются.)

Елена: Вот, кстати, давайте расскажем интересную историю про то, как у нас Вова оказался в Иркутске.

Вова: Ну да, собственно говоря, из-за этих игрушек я здесь и сижу. Родился и вырос в Новосибирске, там же начинал играть в ЧГК. Каждое лето на Байкале проходит «Байкальский лагерь интеллектуальных игр». Там я познакомился с девушкой, которая тоже играет в интеллектуальные игры, женился и остался в Иркутске.

Автор фото — Зарина Весна

Источник: https://www.irk.ru/news/articles/20180123/command/

Алексей Морозов: Хоккей – смысл моей жизни

Алексей Морозов: Капитан и его команда

Дав возможность во время первого этапа Евротура полностью восстановиться после тяжелой травмы нападающему “Ак Барса”, главный тренер россиян Вячеслав Быков приберег свой козырь для “Кубка Первого канала”. Лучший бомбардир московского чемпионата мира Алексей Морозов дал эксклюзивное интервью “РГ”.

Российская газета: Алексей, последний свой матч за сборную вы провели на московском чемпионате мира. Успели за эти полгода соскучиться по национальной команде?

Алексей Морозов: Еще как! Атмосфера в коллективе, что была на том турнире, приносила огромную радость. Поэтому сейчас отправляюсь на “Кубок Первого канала” в отличном расположении духа.

Особенно приятно, что возвращаюсь в сборную на домашнем турнире. Наверняка, как и в прошлом году, трибуны Дворца спорта “Мегаспорт” на Ходынке будут забиты, а выступать при своих болельщиках – сплошное удовольствие.

Одним словом, с нетерпением жду стартового матча “Кубка Первого канала”.

РГ: После чемпионата мира было немало слухов, будто ту злополучную травму вы получили еще до четвертьфинала с чехами.

Морозов: Ерунда, травму я получил именно в четвертьфинале. Покатился к борту за шайбой и при столкновении с соперником почувствовал мгновенную, резкую боль в колене. Силовой прием пришелся именно на опорную ногу.

Услышал характерный хруст и сразу ушел в раздевалку. Врачи забинтовали ногу, поставили специальный наколенник, для того чтобы сустав не сгибался до конца и нога хоть как-то могла держать меня.

Третий период уже отыграл на морально-волевых.

РГ: Врачи наверняка были против?

Морозов: Когда Валерий Конов посмотрел на колено и понял, что травма довольно серьезная, сказал мне: “Можешь раздеваться”. Связки были разорваны, колено проваливалось, и я без опоры не мог даже стоять на ногах. Тем не менее мы решили выжать максимум даже из той ситуации.

РГ: Инициатором выступили вы?

Морозов: В общем, да. Попросил медперсонал сделать все возможное, чтобы я смог доиграть встречу. Ко всему прочему мне еще сделали обезболивающий укол. Надеялся, что так и доиграю в наколеннике да на уколах до конца первенства, но на следующий день колено резко опухло и пришлось отправиться на трибуны.

РГ: Что заставляет человека после таких тяжелых травм вновь выходить на лед и биться так, как бьетесь вы?

Морозов: Честно говоря, у меня даже мысли не было, что из-за травмы могу, скажем, закончить карьеру. Сейчас медицина на высоком уровне, и врачи вполне справляются с подобными неприятностями. Вопрос типа: “А зачем я вообще этим занимаюсь?” – поверьте, не возникает. Травмы – одна из составляющих спорта, и к этому необходимо быть готовым.

РГ: Но адекватна ли цена?

Морозов: Думаю, да. Конечно, на профессиональную карьеру спортсмена уходит много здоровья, но это мой выбор, и я ничуть о нем не жалею. И заработок, что также немаловажно, и удовольствие от игры сопоставимы с затратами. Понимаете, хоккей – смысл моей жизни.

РГ: В нынешнем межсезонье ходило много разговоров о вашем возможном отъезде за океан, но вы предпочли остаться в “Ак Барсе”. Резонный вопрос: почему?

Морозов: Летом я даже не выходил на рынок свободных игроков. У меня состоялся разговор с руководством казанского клуба, на котором мне дали понять, что команда заинтересована в игроке Морозове.

Честно скажу, условия в “Барсах” меня полностью устраивают. У меня еще год действует контракт с клубом, и расторгнуть его было бы перед этими людьми просто стыдно. К тому же в начале сентября у нас родился сын Никита.

И мы с супругой решили, что пока здесь нам будет удобнее.

РГ: Правильно ли я вас понимаю, что если и соберетесь в НХЛ, то только в команду, борющуюся за победу в Кубке Стэнли?

Морозов: Однозначно. В прошлом году, например, мне предлагал контракт “Детройт”, но я решил остаться в Казани. Рассматривал и буду рассматривать только клубы, стабильно попадающие в плей-офф.

За свою карьеру я первую золотую медаль завоевал лишь два года назад, выиграв с “Ак Барсом” Суперлигу. Затем, правда, была еще победа на Кубке европейских чемпионов, а до этого только одно “серебро” Олимпиады-98 в Нагано и все. Само собой, хочется пополнять коллекцию.

Поэтому если уж отправлюсь в НХЛ, то, без сомнения, в команду, претендующую на чемпионство.

РГ: На ваш взгляд, в чем причина неуверенного старта “Ак Барса” в нынешнем первенстве России?

Морозов: Первый фактор – это, конечно, потери в межсезонье. Только в “Салават Юлаев”, а это сегодняшний лидер чемпионата, ушли пять наших ребят.

Если посмотреть на состав сборной России, готовящейся к “Кубку Первого канала”, то там сразу девять хоккеистов из прошлогоднего “Ак Барса”. Практически половина национальной команды! Поэтому в начале сезона, конечно, было довольно тяжело.

По сути ведь нетронутым осталось только наше с Зиновьевым и Зариповым звено. Фактически весь первый круг тренерский штаб находился в поиске оптимальных сочетаний других пятерок. Нередко и нашу тройку разбивали, дабы искусственно уравновесить баланс в звеньях.

Да и ситуация с вратарями непростая. Мика Норонен получил травму, а Васе Кошечкину без сменщика оказалось тяжело. Где-то, может быть, он даже психологически надломился. Эти моменты и сыграли не в нашу пользу.

РГ: Ваш отец был вратарем, и вы в детстве мечтали стать голкипером, может, стоило тренерскому штабу вас попробовать в этом амплуа?

Морозов: Действительно, во дворе всегда стоял в воротах. Но отец отговорил.

Кстати, в “Питсбурге” пару раз надевал форму голкипера и два года назад в товарищеском матче с казанской “Ракетой” также был на последнем рубеже. Тогда мы, правда, играли в хоккей с мячом.

Я предлагал свою кандидатуру, но только ребятам все же надо серьезно относиться к делу. Кстати, если мой сын Никита захочет стать вратарем, буду только счастлив.

Расписание телетрансляций “Кубка Первого канала”

13 декабря

20.00 Финляндия – Россия

НТВ+Спорт (прямая трансляция)

Первый канал – 23.30

15 декабря

14.00 Россия – Швеция

Первый канал (прямая трансляция)

НТВ+Спорт (прямая трансляция)

18.00 Чехия – Финляндия

НТВ+Онлайн – 22.30

16 декабря

14.00 Россия – Чехия

Первый канал (прямая трансляция)

НТВ+Спорт (прямая трансляция)

18.00 Швеция – Финляндия

Первый канал – 00.40

НТВ+Спорт – 20.30

Везде указано московское время

Источник: https://rg.ru/2007/12/13/morozov.html

Для родителей
Добавить комментарий