Не хочу лечиться!

Тина Берадзе врач, психиатр, психотерапевт, клинический психолог, ментор

Копірайт зображення Unsplash

Депрессия – одно из наиболее неопределенных и размытых понятий современной цивилизации. С одной стороны, люди говорят, что страдают от депрессии, когда у них плохое настроение или когда они не видят выхода из какой-то жизненной ситуации. С другой – мы, врачи, опасаемся этого термина, потому что для нас депрессия – это разрушительное заболевание.

Депрессия – это не способ описать свое сегодняшнее настроение, это болезнь. Грусть – это нормально, депрессия – это опасно.

Депрессия распространена во всем мире: от нее страдает более 300 миллионов человек. И эти данные касаются только цивилизованных стран, где правильно работает диагностика болезней и ведется реальная статистика заболеваний.

Наиболее точно борьбу с депрессией мне описал мой же пациент: “Я не хочу умирать, но я не в силах жить дальше”.

Эпидемия мирового масштаба

Многие специалисты уже расценивают депрессию как эпидемию мирового масштаба. Если анализировать четыре последних поколения человечества, то с каждым последующим количество страдающих депрессией, увеличивается на 25%.

Депрессия развивается в результате взаимодействия социальных, психологических и биологических факторов. Эти факторы изменяются и дополняются вместе с развитием человека и среды, в которой она существует. К тому же, сегодня на все это накладываются еще и экологические, технологические и информационные факторы.

Исследователи в области антропологии и кросскультурной психиатрии выдвинули новую теорию: человечество просто не успело эволюционно развиться вслед за технологическими изменениями, и, как следствие, наш организм постоянно находится в состоянии стресса. А депрессия является ответом нашего “старого” мозга на “новую” жизнь.

Копірайт зображення Unsplash

В одном из уникальных случаев в моей практике пациент обратился ко мне с просьбой: “Верните мне мою депрессию”. Я очень гордилась тем, что смогла его вылечить: в своей депрессии он прятался и отдыхал от мира.

Острая реакция психики на стресс – токсична для организма. Гормональный фон приходит в состояние дисбаланса, увеличивается количество заболеваний, которые ранее встречались гораздо реже.

Цивилизация породила новые и модифицировала старые заболевания. Диабет, атеросклероз, астма, аллергии, ожирение, онкология – их в последние годы стали диагностировать чаще. А депрессия – сопровождается тревожными расстройствами.

Мы не приспособлены к силовым тренировкам в закрытых помещениях, фастфуду, плохому сну, социальной изоляции. Последние исследования также наглядно демонстрируют, что замена реального общения на общение в соцсетях и непрерывный доступ к информации значительно повышают риск возникновения депрессии.

Копірайт зображення Unsplash

Мне не хотелось бы писать депрессивную статью о депрессии. За окном – время прогресса и научных открытий, когда не нужно трепанировать череп, чтобы понять, что у человека в голове. Сегодня депрессию можно увидеть на современных цифровых снимках. Они сравнивают кровоток, потребление кислорода и метаболизм глюкозы в нормальном состоянии мозга и во время депрессии.

С депрессией можно справиться. Для этого нужно знать основные симптомы и понимать, когда и к кому следует обращаться за помощью.

В традиционной медицине под термином “депрессия” принято подразумевать болезненное состояние пониженного фонового настроения, которое проявляется типичными симптомами эмоционального характера. К сожалению, в современной жизни все сложнее.

Депрессия – самая человеческая болезнь из всех, известных науке. Ее симптомы эволюционировали вместе с изменением жизни человека.

Эмоционально-когнитивные симптомы

  • Негативный образ себя и окружающего мира
  • Негативное видение будущего
  • Автоматические негативные мысли
  • Снижение настроения, плаксивость
  • Чувство вины перед другими
  • Повышенная тревожность
  • Пониженная концентрация внимания
  • Потеря интереса к жизни, любимым занятиям, близким
  • Социальная изоляция

Физиологические симптомы

  • Нарушение сна, бессонница или повышенная сонливость
  • Чувство усталости
  • Резкие колебания веса
  • Снижение или рост аппетита
  • Нарушение сексуальной функции
  • Проблемы с кишечником

Телесные симптомы

  • Боль в мышцах
  • Головная боль
  • Напряженность в мышцах, судороги
  • Ощущение тяжести в груди, проблемы с сердцем и сосудами
  • Боль в пояснице

В зависимости от числа симптомов и длительности таких эпизодов депрессивное расстройство можно квалифицировать как легкое, среднее и тяжелое.

Когда симптомы единичны, проявляются редко и в течение непродолжительного периода времени, с этим еще можно бороться путем изменения образа жизни и социальной среды.

Занятия спортом, свежий воздух, увеличение в рационе омега-3 жирных кислот, профилактика воспалений, солнце и здоровый сон успешно предотвращают дальнейшее развитие депрессии.

Также положительное влияние обеспечивают положительные социальные связи, группы поддержки, разговоры с другом-психоаналитиком, медитация, творческая деятельность, благотворительность.

Слова “Возьми себя в руки”, котята в интернете, статусы с цитатами Пауло Коэльо и стихи Пушкина об осени на этом – легком – этапе уже не работают.

Копірайт зображення Unplash

Если же у вас проявляется по одному или более симптомов из каждой группы, и они продолжаются более двух недель, то время обращаться к врачам.

Да да. Идти к психиатру, чтобы из-за застенчивости и предубеждений не довести депрессию до клинической и хронической формы.

Конечно, можно обратиться к аналитику или “коучу”. Но тогда с тем же успехом можно лечить диабет у директора сахарного завода, или сходить в церковь, чтобы снизить уровень холестерина.

Народные методы алкогольной терапии – даже когда речь идет о легкой и средней депрессии – тоже не работают. По своим химическим характеристикам алкоголь является антидепрессантом. Но его потребление дает лишь краткосрочный результат (несколько часов), имеет огромное количество побочных эффектов и вызывает привыкание.

Эффективность каннабиса при депрессии пока научно не подтверждена и не доказана на практике, хотя такие исследования проводятся.

Очень важно не доводить дело до тяжелой формы депрессии, когда человека уже поздно анализировать и лечить – его уже нужно спасать. В нашей стране люди часто обращаются за помощью уже на той стадии развития болезни, когда первичные методы лечения уже не сработают.

проблема с депрессией заключается в том, что это уникальная болезнь. Болеют одновременно и душа, и тело. Даже среди специалистов мало кто видит полную картину заболевания.

Копірайт зображення Unsplash

Симптомы депрессии были разобраны на части, распределены между различными специализациями и лечат их различные специалисты. Сексуальную дисфункцию – сексопатологи, головную боль – неврологи и т.д. Как правило, такой подход работает, но не в случае с депрессией.

После анализа симптомов остается плохое настроение, с которым пытаются бороться психологи и терапевты с аналитическим подходом.

В случае легкой депрессии они могут посоветовать изменить образ жизни и проводить качественный мониторинг – иногда это может позволить улучшить состояние пациента.

Но когда речь идет о клинической депрессией средней или тяжелой степени, такие специалисты уже не помогут, поскольку они редко имеют знания в области анатомии, физиологии, биохимии, медицины и не могут взаимодействовать с врачами других специальностей. Поэтому лечение депрессии должен назначать и сопровождать психиатр.

Обычно терапия пациента с депрессией – это психотерапия в сочетании с медикаментозной терапией. Правильный выбор средств лечения в каждом отдельном случае требует оценки большого количества особенностей состояния пациента.

Психосоциальная терапия эффективна и может быть терапией первой линии в случае легкой депрессии или поддерживающей терапией при более тяжелых формах депрессии. Хорошо подготовленные психотерапевты, соцработники, психологи могут быть очень полезны.

Возникновение депрессии можно предотвратить, ее можно остановить и вылечить. Но с современной депрессией необходимо бороться современными методами, которые уже не могут ограничиваться выпиской рецептов и психотерапией по шаблонам прошлого века.

В этой борьбе можно победить только благодаря сотрудничеству образованного пациента, профессионального врача и специалистов в сфере психического здоровья.

Следите за нашими новостями в и Telegram

Источник: https://www.bbc.com/ukrainian/blog-psychologist-russian-50193006

«Я не хочу лечиться, я хочу жить»: петербургский программист с ДЦП — о номинации на премию ООН, сексе, ЕГЭ и…

Не хочу лечиться!
19-летний петербургский программист с ДЦП Иван Бакаидов стал номинантом World Summit Awards — престижной премии ООН. Его отметили за программы синтезации речи LINKa, которые помогают людям с ДЦП, аутизмом и пережившим инсульт, общаться с окружающими.

«Собака.ru» поговорила с Иваном о детстве, принятии себя, сдаче ЕГЭ, сексе и религии. Бакаидов, которым мы безгранично восхищаемся, на личном примере доказывает: если ты не говоришь, это еще не значит, что тебе нечего сказать.

«Я не хочу лечиться, я хочу жить»

Отношение к людям с особенностями — это вопрос культуры и воспитания, в этом смысле мне с родителями повезло. Отец по образованию гидроинженер, вытачивал турбины на Саяно-Шушенской ГЭС, а мама переводчик. Они слушают «Аквариум» и «Наше Радио», у мамы много друзей за границей — они пересылали ей по факсу буклеты и рассказывали о ДЦП.

Когда мне было полтора года, мы попали в Институт раннего вмешательства. Они сотрудничали со шведами, которые перестали бить детей в 1960 году — а мы про это в 2018 кино снимаем (Иван имеет в виду фильм «Временные трудности» Михаила Расходникова — прим. Ред.

) Есть два пути по отношению к людям с особенностями: русский и нормальный. Русский — бить по жопе, пока не пойдет и не заговорит. Нормальный — посадить в коляску, дать карточки, но параллельно с этим учить ходить и говорить.

Думаю, дело все в том, что наш человек боится нестандартного: геев, евреев, инвалидов. Больше всего повезло евреям, их не исправить, поэтому сразу в топку. А инвалидов можно пытаться вылечить, это же логично.

Но я не хочу лечиться, я хочу жить — а по-настоящему помочь мне могут только советы брать одну свою руку другой, чтобы попадать точнее, или варить макароны сразу в дуршлаге.

Детство и принятие себя

С пяти лет я пошел в обычный детский сад, но у меня был тьютор, который водил меня под руки. Обычно так, конечно, не делают, но мы диссиденты. Из детского сада помню только, как склеил первую девочку — ее звали Катя, у меня почему-то 70% девочек Кати, а оставшиеся 30% — Маши.

В детстве я, конечно, завидовал брату, который мог делать трюки на самокате. Но потом, когда мозг начал вытворять то, что называется рок-н-роллом, пришло понимание, что я тоже многое могу — только нужно подобрать способ. Был период, когда я себя не принимал, но это было лет в семь от маленького ума.

Мне рано дали компьютер в свободный доступ, есть видео, где в четыре года я печатаю «Мама Юля», я писал очень длинные и глупые дневники, считал число Пи. Родители стимулировали тягу к знаниям: отец постоянно задавал вопрос «А почему так?» Например, ставил банку на батарею и спрашивал: «Почему вздулась крышка?»

«Часто люди считают меня идиотом до фразы: «Я выступал в ООН, имейте совесть»!»

Школа для детей с особенностями

В школу я пошел, как все дети — незадолго до семилетия. Тогда мне поставили восьмой вид обучения — тяжелая умственная отсталость, потому что комиссия просто не умела со мной общаться. Мне повезло — чудом открыли класс для детей без речи в динамике, и я попал в него. Конечно, всем было очень страшно — не было понятно, как учить людей без обратной связи.

Сначала нам дали очень старую учительницу, она не могла запомнить три имени. Но через месяц она померла (мы тут ни при чем!). И тогда к нам пришла молодая Арина Дмитриевна.

На первом уроке она сказала, что 3 — 2 = 1, а из двух три вычесть нельзя. Я заорал и как-то показал ей, что будет -1. Тогда она поняла, что что-то не так. Она сделала большую картонную клавиатуру, на которой мы показывали ответы.

В школе до нее ничего подобного не использовалось, но вообще идея довольно проста.

В моем классе было еще два человека. У Дениса моторная алалия — он не связывает мысли и слова. Он меня с отцом каждый день встречал фразой: «папа, сын».

Как я истерил от этого бреда! Хотя парень он хороший. У второго мальчика — Никиты — просто ДЦП и легкая долбанутость — он постоянно бегал и ловил крыс.

Обучение у нас проходило так: «Ваня, решай это, Денис, я к тебе приду, Никита, куда ты опять убежал».

В средней школе меня перевели в класс с пятью девочками, но они тупили — а это был самый умный класс в параллели. Поэтому после девятого класса я ушел на дистанционное обучение — просто не видел смысла тратить пять дней на то, что я мог сделать за два. Я мог заниматься по скайпу или лично с преподавателем.

Увлечение программированием

В освободившееся время я занимался программированием — Арина Дмитриевна еще в третьем классе подсунула мне учебник по информатике за девятый.

В нем я нашел программу «ЛогоМиры» — это такая штука для обучения детей алгоритмическому мышлению через программирование черепашки, которая выполняет простые команды, например, рисует фигуры.

Интерес к технике у меня был уже тогда — я знал, что делает транзистор, раньше, чем научился самостоятельно ходить.

Я мечтал создать свою операционную систему Doors — по аналогии с Windows. За это сейчас стыдно — тогда я не знал о малыше Джиме (Иван имеет в виду Джима Моррисона, создателя группы The Doors — Прим. ред).

LINKa. нажми, LINKa напиши, LINKa. покажи

В восьмом классе я часто оставался после уроков на тренировки по бочча — спортивной игре с мячом на точность.

Заканчивались они в 17, а отец забирал меня в 18 — поэтому я куковал с другими ребятами, которые ждали родителей. Там я увидел девочку Линку, которая общалась с людьми, смотря на ладони.

Яблоко или груша? На какую руку взглянет, то и скормят — демократия. Ни руками, ни ногами шевелить она не могла.

Я подумал, что можно подставить ей кнопку под голову, чтобы она печатала — а для этого решил создать программу «LINKa. нажми». Занялся этим летом на даче — бабушка тогда читала биографию Стивена Хокинга, там был описан алгоритм: таблица с буквами, они по очереди выделяются, а юзер жмет на нужной. Как говорится, «хорошие художники копируют, великие художники воруют».

Когда показал программу, ее мама была очень растрогана, но она вечно ревет — что ни сделаешь, бросается в слезы от умиления. Каждый день рождения Линка пишет мне поздравление час — потому что на одну букву тратится минута.

Конечно, аналоги моей программы есть, но преимуществом было в том, что можно было сказать: «Ваня, сделай шрифт чуть больше, Линка плохо видит», и я на переменке эту задачу решал.

Рассказ о «LINKa. нажми» я опубликовал у себя на странице, этим заинтересовалась газета «Не инвалид», а уже через год «Милосердие» писало про внесенные правки. Сейчас в программе куча разных карточек с ответами: числа, буквы, времена года, учителя выбирают их в зависимости от предмета.

После я запостил говорилку — программу «LINKa. напиши». В первом варианте она была очень простой: поле ввода и кнопка «Сказать». Потом понял, что постоянно говорю «Привет, я Ваня» и добавил возможность сохранения фраз. После я слямзил идею Go Talk и сделал «LINKa.

покажи» — в ней пользователь выбирает картинку, а программа озвучивает запись под ней. На самом деле в моих программах нет ничего нового — я просто смотрел на Запад и переводил на русский. До меня этого никто не сделал, потому что рынок очень маленький — всего 100 000 человек.

Но меня деньги как цель не интересуют, я всегда найду их с помощью простого поста на , была бы идея.

«Поверить в себя»: 6 историй успеха людей с инвалидностью

ЕГЭ и вузВ этом году я окончил школу, и в вуз пока решил не идти — так устал от ЕГЭ, что не готов сразу начинать бороться с преподавателями.

В экзаменах слишком тупые задания, которые все же надо решить правильно, в сочинении можно только согласиться с автором отрывка текста и по шаблону привести аргументы из литературы — я в итоге всех послал и процитировал Шевчука и Цоя.

В ИТМО, куда я хотел бы попасть, пять зданий и всего час между лекциями. Конечно, можно поймать двух однокурсников и побежать с ними под руки, но это тоже требует сил на договоренности.

Мои родители понимают, что лучше смотреть на двойной скорости, чем бегать между корпусами университета, но ближний круг давит — как так, такой умный и без диплома, поэтому в вуз я, наверное, все-таки пойду.

Но посмотрим, где я буду в мае, может быть, даже уеду из страны, мне нравится Барселона — там тепло, красиво и современно, а для меня температура очень важна, вчера у нас дома не было отопления, и я даже рук не мог разогнуть из-за спастики.

«В сочинении на ЕГЭ тупые задания, можно только согласиться с автором — я в итоге всех послал и процитировал Шевчука и Цоя»

Секс и самостоятельная жизнь

Сейчас я хочу съехать от родителей — все лето я искал квартиру, но было сложно — в Купчине я жить не хочу, а в центре везде три ступени до лифта.

В итоге я помолился, и мне написала журналистка, которая делала про меня сюжет, что готова мне сдать квартиру, и это чуть ли не единственный дом в городе без ступеней и не в жопе мира.

Сейчас там идет ремонт — я попросил снять двери и поставить поручень в ванну.

Родители относятся к моему желанию жить отдельно спокойно: сначала я стал отпускать их на дачу, потом в отпуск на две недели. У ДЦПшек такая проблема: если ты живешь с семьей, то секса у тебя нет, а это как-то нехорошо. В основе моего стремления к самостоятельности — желание иметь половую жизнь. Для человека без речи тактильная коммуникация очень важна.

Сейчас у меня есть 3-5 близких подруг, из-за того, что мы не переступаем грань интимной близости, я оставляю право на эту поликоммуникацию. Позиция проста: кто первый встал, того и тапки. Вообще я люблю женщин, они очень красивые, я бы хотел любоваться ими.

Я не могу сказать, что нравлюсь девушкам.

Со мной интересно дружить, так как я знаю, что везли в чемодане Джулс и Винсент, я встаю утром у подруги, выглядываю в окно и смачно говорю: «Сайгон — дерьмо», но переступить грань и быть со мной, обнимать, целовать никто не готов.

Это обусловлено и моим скверным характером, и воспитанием девочек с ДЦП как невинных ангелочков, а в круг типичных людей я влит мало. Наверное, это единственная вещь, которая меня расстраивает.

Еще надо понимать, что сексуальное просвещение не дошло до многих семей с особенными детьми. Например, кто-то может считать, что ребенок-инвалид дается как испытание за аборт.

Отношение окружающих и выступление в ООНЧасто люди считают меня идиотом до фразы: «Я выступал в ООН, имейте совесть». Я принял участие в саммите в 2016 году: подал заявку, получил приглашение, билеты и проживание оплатил ЗакС. Там было очень скучно — чиновники только здороваются пять минут на английском, который даже мама не понимала, такой он официальный.

Когда я выступил, зал мне аплодировал, потому что моя речь была живой, настоящей — это не был абстрактный рассказ про чернокожих женщин-инвалидов жертв насилия в Африке. Главный месседж, который я хотел донести: «Если не можешь говорить, это еще не значит, что тебе нечего сказать».

В Петербурге отношение к таким, как я, хорошее: я бухаю с антропологами, даю интервью «Собаке», у меня много друзей — и паралитиков, и студентов Европейского университета. Я хожу в бары — правда, часто, сидя за одним столом, приходится писать приятелям в Telegram.

«У ДЦПшек такая проблема: если ты живешь с семьей, то секса у тебя нет, а это как-то нехорошо»

Планы

Сейчас мне много помогает Google Russia, я езжу на разные IT-конференции от Новосибирска до США, где рассказываю о том, как адаптировать сайты для людей с особенностями.

Сейчас я со своим проектом подаю заявку в «Сколково» — заинтересованность есть, но я же филантроп, а им нужна бизнес-модель. Надеюсь, премия World Summit Awards поможет.

Религия и толерантность

Моя особенность научила меня толерантности: моя лучшая подруга — бисексуалка, при этом я хожу в церковь. Я верю, что Бог — это любовь, а не система. Религия не мешает мне быть панком — я свободен и хочу жить вечно. Я многое могу уместить в своей голове.

Источник: https://woman.rambler.ru/other/40972632-ya-ne-hochu-lechitsya-ya-hochu-zhit-peterburgskiy-programmist-s-dtsp-o-nominatsii-na-premiyu-oon-sekse-ege-i-boge/

«Больные не хотят лечиться. А заставить их нельзя», — врач-фтизиатр о ситуации с туберкулезом в Украине

Не хочу лечиться!

24 марта в мире отмечают День борьбы с туберкулезом. Эта болезнь остается одной из наиболее опасных в мире — ежедневно от нее умирает около 5 тыс. человек.

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Восточная Европа — одна из самых опасных территорий. А Украина в этом списке — среди лидеров по скорости распространению туберкулеза.

О том, как бороться с этой болезнью, Громадское поговорило с врачом-фтизиатром, консультантом украинской Общенациональной горячей линии по вопросам туберкулеза и ВИЧ/СПИД Анной Марченко.

Старые и новые методы лечения

Насколько верно утверждение, что Украина — один из лидеров по распространению туберкулеза?

Туберкулез – это социально опасное заболевание, и оно поражает все слои общества. Действительно, можно сказать, что Украина – лидер по распространению туберкулеза. Она занимает второе место среди мультирезистентного туберкулеза.

Что это такое? Это туберкулез, у которого есть устойчивая форма бактерий к двум наиболее эффективным препаратам – это изониазид и рифампицин. Несколько лет назад у нас были проблемы с поставкой препаратов, то есть были перерывы в лечении [пациентов].

А это процесс должен быть непрерывным, чтобы не развивать резистентность [к препаратам]. И то, что происходит сейчас – последствия отсутствия препаратов.

Если анализировать ситуацию с распространением туберкулеза за все годы независимости Украины, то в какие периоды ситуация была наиболее критичной?

В 1995 году официально была признана эпидемия туберкулеза в Украине. За все эти годы были и подъемы, и падения. Если сравнивать 2016 и 2017 годы, то статистика говорит, что заболеваемость снижается. Но. Статистика – это цифры, которые подают диспансеры. То есть, речь идет о людях, которые официально стоят на учете. По статистике, которую дает ВОЗ, у нас около 20% больных не дообследованы.

Туберкулез всегда считался болезнью бедных. Но сегодня это уже не так – может заболеть и учитель, и директор, и кто угодно.  Ситуация с туберкулезом в Украине очень критична

Но она все равно лучше, чем в 1995 году?

Да, она лучше, но все равно есть процент людей, которые не обследованы. Мы сейчас работаем по протоколу 620-му, образца 2014 года (инструкция по лечению туберкулеза, утвержденная Минздравом Украины). Сегодня группа экспертов разрабатывает новый протокол. В нем изменения касаются и быстрой диагностики туберкулеза, и улучшения лечения.

Потому что сегодня до сих пор, в некоторых больницах, мы лечим туберкулез теми же препаратами, что были 20 и 30 лет назад. Но сегодня микобактерия настолько модифицировалась в этой среде, что эти препараты на нее уже не реагируют. Нужны новые методы, подходы, потому что если все будет продолжаться как сейчас, то это очень плохо закончится.

Анна Марченко, врач-фтизиатр. из личного архива

Я как раз хотела спросить у вас про эти методы, потому что я читала, что министр здравоохранения Ульяна Супрун очень критиковала старые методы лечения. При этом я видела, что некоторые врачи сами не хотят переходить на новые протоколы. Что вы об этом знаете?

Ульяна Супрун придерживается международных стандартов. Что МОЗ хочет внедрить в нашу систему? Чтобы были короткие сроки лечения больных туберкулезом. Сейчас больной лечится минимум 2 месяца в стационаре.

Это дорого и экономически не выгодно нашему государству. Они [МОЗ] хотят сделать так, как в Америке – там лечение длится максимум 15 дней, а потом больной идет на амбулаторное лечение. Но у нас зарегистрировано почти 30 тыс. больных туберкулезом.

В США – единицы (по данным ВОЗ, около 10 тыс. человек).

Считается, что домашняя обстановка благотворно влияет на лечение, что больной не будет изгоем – у нас же до сих пор есть стигматизация болезни. Но если речь идет об однокомнатной квартире, где 3-4 человека живут и туда приходит больной туберкулезом?

К нам на горячую линию обращаются родственники пациентов, которые не хотят лечиться. Но у нас нет принудительного лечения – возможна только госпитализация по решению суда.

Но если человек не хочет, то его никто не заставит. Он пробудет какое-то время в больнице, он хочет домой, в привычную среду.

В итоге он попадает к нам несколько раз, иногда людей привозят в уже очень критическом состоянии.

Наши больные вообще не хотят лечиться. Например, есть больной, который 20 лет употреблял алкоголь. У него уже есть осложнения. Мы назначаем ему препараты, которые токсичны. Понятно, что он начинает чувствовать, как болят печень, почки и так далее. Но это не та дозировка, которая может навредить. А они думают, что наоборот.

Раньше, 10 лет назад, больным приносили препараты, ставили на прикроватную тумбочку и уходили. Врачи верили им, что они примут препарат. А потом приходишь на третий день – а таблетки стоят. Поэтому сейчас есть контроль за лечением – больной должен в присутствии врача выпить таблетку и показать, что он, например, не спрятал ее во рту.

Туберкулез и образованность

Как часто на вашу горячую линию звонят люди по вопросам туберкулеза, и с какими вопросами они обращаются?

В последнее время — наверное, чем дальше, тем больше они о нас узнают — очень много. Это бывает минимум 20 обращений в день. Проблемы разные: «Почему меня перевели на паллиативное лечение? Я хочу лечится».

«А почему врач сказал то-то?». Чаще всего они обращаются за помощью. К примеру: «Я нахожусь в Киеве, а прописан в Харьковской области. А меня не хотят здесь госпитализировать».

Я беру контакты у этого больного, ведь он хочет, чтобы эту проблему решили.

Мы сами обращаемся в тот диспансер, где ему отказали, связываемся. Берем телефон, фамилию, имя лечащего врача. И уже с ним решаем вопрос. Или связываемся с главврачом, начмедом, секретарем. С ними решаем вопрос. У нас есть такая функция, как «Обратный звонок»: мы с рабочего телефона вызываем те структуры, которые нужны, чтобы решить этот вопрос. Потом мы отзваниваемся больному.

Радует, конечно, когда мы можем помочь. Когда она счастливы, благодарят. Это приятно.

Вы, общаясь с этими людьми, как можете оценить образованность украинского населения в вопросах туберкулеза?

Все кто к нам обращается, первое что делают — паникуют. Они к нам обращаются тогда, когда им становится обидно. Бывает, говорят: «Я уже везде обращался, помогите пожалуйста. Вся надежда на вас». В таких случаях очень хочется помочь пациентам. У меня не было таких, которым надо было рассказывать что это.

Они уже начитаны благодаря Интернету. Они очень много знают о своей болезни. Иногда кажется, что мне нечего добавить. Часто обращаются по поводу обследований: расскажите, как делать КТ, манту. Прочитали много в интернете, но все равно просят помочь. Не могут часто понять суть.

Это единственное, в чем они не разбираются.

Есть больные, которые сомневаются в компетенции врачей, в помощи, которую они получают. Я их отправляю на консультацию. Есть больные, которые не знают, какой у них диагноз. Я их спрашиваю, почему. Они отвечают: «Мне врач не рассказал». Это неправильно.

Каждый больной должен знать, какой у него диагноз, какие лекарства он принимает, какие прошел обследования, какие результаты

Есть у нас, к сожалению, недоработки среди медперсонала. Над этим тоже нужно работать. Нужна помощь врача-психолога: их надо настраивать, рассказывать, что может быть, если они не будут лечиться.

Бывают случаи, когда больной говорит: я не хочу лечиться. Ему говорят: «Пиши заявление – и ты свободен». Это неправильно. Такой больной будет дальше распространять заболевание. К нам он придет на той стадии, когда уже его тяжело будет вылечить.

Поэтому когда поступает больной, нужно провести с ним разъяснительную работу. Что будет, если он они будут лечиться и что будет, если откажутся. Фтизиатрия — это та сфера, где врачи получают не очень много удовольствия. Но есть над чем работать.

Как вы думаете, какие шаги необходимо предпринять, для того, чтобы улучшить нынешнюю ситуацию?

Мы разработали стратегию «Остановим туберкулез»/«Конец туберкулезу».

Это государственная программа?

Да, до 2030 года. Большие планы, реформа. Все рассчитывают на то, что в короткие сроки будет доступно амбулаторное лечение, препараты, и на всех уровнях, во всех регионах ситуация улучшится. Будем надеяться, что так и будет.

Мое мнение: помимо препаратов, нужная своевременная диагностика. Больных, которые сами обращаются с симптомами — единицы. В основном их выявляют на профосмотре.

Или случайно обнаруживается перед хирургическим вмешательством, когда нужно сделать снимочек.

Нужен контроль за препаратами. И это не только один врач-фтизиатор должен работать. Это целая система, над которой должны работать все. И главное — с больным. Если человек заинтересован в излечении, он будет делать все.

Как люди относятся к больным туберкулезом? Все держатся подальше. Но надо помнить, что от этой болезни никто не застрахован. Мы не знаем, что нас ждет завтра. Мы не знаем, что с нашим другом, братом может случится. Надо оставаться человеком.

Источник: https://hromadske.ua/ru/posts/bolnye-ne-khotiat-lechytsia-a-zastavyt-ykh-nelzia-vrach-ftyzyatr-o-sytuatsyy-s-tuberkulezom-v-ukrayne

Трагедия русской армии и Геноцид: в России переиздают душераздирающие мемуары миссионерки

Не хочу лечиться!

В начале XX века Христина Семина работала сестрой милосердия на территории Западной Армении и Карской губернии. Воспоминания юной девушки о страшной войне, зверствах турецкой армии и человеческой трагедии оставить равнодушным не смогут никого.

Военные мемуары считаются самым тяжелым видом автобиографической прозы. Они редко становятся бестселлерами или входят в список рекомендаций на книжных онлайн-площадках, ведь далеко не каждый готов “переварить” страшные эпизоды реальной войны, не приукрашенные художественными формулировками.

Несмотря на это московское издательство “Кучково поле” несколько лет подряд выпускает серию “Военные мемуары”. Здесь переиздаются как дореволюционные мемуары, так и воспоминания современных авторов.

В одном ряду с мемуарами генерала Наполеона Армана де Коленкура, последнего морского министра Российской империи Ивана Григоровича, маршала Великой Отечественной войны Ивана Устинова и других именитых военных-мужчин, выстроились сборники воспоминаний женщины.

В 1963 году Христина Семина в американском городе Нью-Мексико опубликовала двухтомник: воспоминания о боевых действиях Кавказского фронта в период Первой мировой войны, в 1914-1918 годах. Сборники получили название “Трагедия русской армии”, а издательство “Кучково поле” в 2016 переиздала воспоминания Семиной под названием “Записки сестры милосердия”.

Христине не было и 17 лет, когда она вышла замуж за военного врача Кавказского полка Ивана Семина, пошла учиться на сестру милосердия и стала работать в разных госпиталях ближайшей прифронтовой полосы.

“С сердцем армянки”: как иностранки спасали сирот во время Геноцида – часть 1>>

В ее книгах запечатлен женский взгляд на тяжелейшие события войны, а также Геноцида армян. Побывав вместе с мужем в армянских городах Османской империи — в Сарыкамыше, Ване и Урмии, Семина стала очевидцем всех ужасов резни, помогала изувеченным армянам.

К примеру, она описывает караван с армянами, изгнанными из Сарыкамыша, направляющийся в неизвестную даль.

“Мы (санитарный транспорт, в котором находились сестры милосердия и врачи – ред.) продолжали двигаться, но теперь еще медленнее, потому что мы догнали пеших армянских беженцев, которые занимали всю дорогу. Чтобы дать проехать обозу, этим несчастным надо было сойти с дороги.

Армяне шли вдоль всего нашего пути, то группами, то в одиночку, неся все свое имущество на себе. Женщины несли привязанных на спине детей, других вели за руку. Вот женщина идет с ребенком на спине и тянет за веревку тощую коровенку.

В руках у женщины большой узел… Вдруг женщина сошла с дороги в глубокий снег. А вон мужчина несет на себе весь свой дом: мешок с зерном или с мукой, узел, плетеную корзинку, из которой торчит медный казан, деревянная чашка и какие-то красные тряпки, а поверх всего две курицы, связанные за лапки.

Много их шло по обе стороны дороги по колено в снегу – мужчин, женщин, детей и животных.

– Хоть бы детей взять подвезти! Замерзнут ведь! – сказала я.

– Нет! Не дадут! Вместе все ночью померзнут! Но детей не дадут! Как их разъединишь, когда идет целая семья?! – сказал извозчик”.

Далеко не все семьи могли преодолеть путь сообща. Скоро перед санитарами предстала ужасающая картина.

“– Стой! Стой! Что это там лежит! Человек?.. – извозчик остановил лошадь, как прибежал Гайдамакин (один из санитаров – ред.). – Гайдамакин, посмотри, что это там?

Он пошел к тому месту за дорогой, где в снегу видно было очертание человека.

– Ну, что это?

– Ребенок мертвый. Должно, замерз, родители и бросили его, – сказал он и пошел к своей двуколке.

– Не огорчайтесь, барыня. Война только начинается! Много еще придется повидать страшных вещей! – сказал извозчик. – Дай Бог, самим бы добраться благополучно… Барыня, поешьте! У меня есть хлеб и мясо, – предложил он.

– Нет, спасибо, не хочу…”

Купить будущее или плач от колыбельной։ как Андраник спасал армянских сирот>>

В книге описан примечательный эпизод из Арадаганского госпиталя. Она рассказывает про сестру милосердия, которая отказывалась лечить турецких солдат. Свою позицию она объясняла следующим образом:

“А вы посмотрели бы, что они сделали с армянскими жителями, которых они застали в Ардагане, и с теми беженцами, которых они догнали при наступлении! Все дома полны трупов! Женщин, детей – никого не щадили. Дороги усеяны их трупами! Ни один человек от них не спасся! Всех порубили! А мы должны еще их кормить? – выйдя из перевозочной, сказала она, взволнованная не меньше, чем искалеченные турецкие офицеры”.

Название книги — “Трагедия русской армии”, проходит красной нитью через все ее главы. Так в чем же ее трагедия? Если попытаться обобщить и передать суть одним предложением, то получится примерно так: агрессии и жестокости турок противостоять было нечеловечески сложно, и сибиряки (так Христина называет русскую армию) получали преимущество лишь во время неожиданных атак на противника.

О самой Христине Семиной почти ничего неизвестно. История даже не сохранила ее девичью фамилию.

Известно лишь то, что в 1918 году она, уже будучи к тому времени вдовой, отправилась через Константинополь во Францию, затем оказалась в США, в городе Нью Мексико, где почти через 50 лет после описываемых и пережитых ею событий опубликовала за свой счет единственную книгу. Совершенно нет информации о том, где она окончила свои дни, вышла ли снова замуж, остались ли у нее дети.

Книга тяжеловата для широкого круга читателей: даже если авторский стиль никакого неприятия не вызывает, содержание книги настолько мрачно и трагично, что справиться с этим неподготовленному читателю будет довольно сложно. В воспоминаниях сестры милосердия практически нет светлых событий.

Армянский след в Эфиопии: как спасшиеся от Геноцида сироты создали императорский оркестр>>

Еще одна разрушенная войной жизнь. Храбрая женщина, не бежавшая от тягостных, воспоминаний, а осмелившаяся взглянуть им прямо в лицо и передать потомкам. Книгу переиздают уже во второй раз: томик Семиной в России полюбился настолько, что его после первичного издания в 2016, переиздали еще в 2018 году.

Источник: https://ru.armeniasputnik.am/society/20191128/21223178/Tragediya-russkoy-armii-i-Genotsid-v-Rossii-pereizdayut-dusherazdirayuschie-memuary-missionerki.html

Для родителей
Добавить комментарий