Сказочника вызывали?

В гостях у сказочника грина

Сказочника вызывали?

Петр МАСЛЮЖЕНКО… | 26.08.2011Версия для печати

Старый Крым – городок, в котором туристов не так уж много, он расположен в 12 километрах от моря. Это не «Чеховская» Ялта и не «Волошинский» Коктебель, где море плещется у ног, а сонмы отдыхающих, чтобы разнообразить свой досуг, по пути на пляж «заглядывают» в дома-музеи.

Но стоит только ощутить особое обаяние этого места, его тихий уют, как начнут открываться удивительные тайны, секреты, истории. Кстати, в последнее время Старый Крым стал популярен у отечественных молодых режиссеров – здесь снимались эпизоды масштабных фильмов Ф. Бондарчука «9 рота» и «Обитаемый остров», а также «Чудная долина» Р.

Кубаевой.

Здесь, в Старом Крыму, завершил свой земной путь знаменитый писатель Александр Грин, полюбившийся читателю неизменным романтизмом своих повестей и новелл. «Алые паруса», «Бегущая по волнам» – произведения, известные нам по школьной программе, лишь малая часть наследия, оставленного писателем.

Впрочем, даже эти две повести позволяют нам погрузиться в мир, полный загадок и приключений, и полюбить писателя Грина, навсегда соединив его в своем сознании со стремлением к новому, неизведанному, со светлыми мечтаниями и великими свершениями. Замечательный русский писатель К.

Паустовский, трепетно относившийся к творчеству Грина, посвятил ему очерк «Сказочник», который вошел в повесть «Черное море»: «Грин – человек с тяжелой, мучительной жизнью – создал в своих рассказах невероятный мир, полный заманчивых событий, прекрасных человеческих чувств и приморских праздников. Грин был суровый сказочник и поэт морских лагун и портов.

Его рассказы вызывали легкое головокружение, как запах раздавленных цветов и свежие, печальные ветры. Грин провел почти всю жизнь в ночлежных домах, в грошовом и непосильном труде, в нищете и недоедании. Он был матросом, грузчиком, нищим, банщиком, золотоискателем, но прежде всего – неудачником. Взгляд его остался наивен и чист, как у мечтательного мальчика.

Он не замечал окружающего и жил на облачных, веселых берегах. Романтика Грина была проста, весела, блестяща. Она возбуждала в людях желание разнообразной жизни, полной риска и «чувства высокого», жизни, свойственной исследователям, мореплавателям и путешественникам. Она вызывала упрямую потребность увидеть и узнать весь земной шар, а это желание было благородным и прекрасным.

Этим Грин оправдал все, что написал». Супруги Грин. Старый Крым. 1926 г. Последние годы жизни Грин провел в Крыму – с 1924 г. он жил в Феодосии, а в 1930 г. переселился в Старый Крым. К тому времени были уже изданы романы, которые сделали писателя известным. В 1928 г. вышла «Бегущая по волнам», в следующем – «Джесси и Моргиана», а в 1930 г.

появился последний завершенный роман Грина «Дорога никуда». Но к тому моменту произведения Грина перестали поддерживаться властью, так, например, роман «Бегущая по волнам» попал в рубрику «Книги, не рекомендуемые для массовых библиотек» – в связи с чрезмерной, на взгляд рецензентов, мистичностью.

В Старом Крыму Грин начал писать свой последний роман «Недотрога», но завершить не успел. Спустя много лет сотрудники Дома-музея А.С. Грина в Феодосии собрали воедино некоторые напечатанные отрывки из неоконченного романа и рукописные фрагменты и выстроили последовательную сюжетную линию. «Реконструированный» роман впервые был опубликован в 1996 г.

на страницах одного из сборников «Крымский альбом», издаваемого Д. Лосевым. Дом-музей А. Грина в Старом Крыму Мемориальный дом-музей А.С. Грина в Старом Крыму, по ул. К. Либкнехта, 52, – старейший музей города и первый мемориальный музей писателя.

Этот маленький белый домик Нина Николаевна, жена Грина, когда-то получила в обмен на свои золотые часики (подаренные Александром Степановичем). Поразительно, но это было их первое собственное жилище (до этого приходилось скитаться по съемным комнатам)! Сюда семья Грина переехала в начале июня 1932 г. Дом был маленький, саманный, без электричества, с земляными полами.

Однако писатель, уже тяжело больной, обрадовался новому жилищу: «Давно я не чувствовал такого светлого мира. Здесь дико, но в этой дикости – покой. И хозяев нет». Из раскрытого окна он любовался видом окрестных гор. В теплые ясные дни кровать выносили во двор, и Грин много времени проводил в саду, под любимым орехом. В домике были две комнатки и маленькая кухня.

В одной из комнат теперь полностью сохранена обстановка, скромный быт, который окружал писателя. И сердце сжимается, когда видишь, в каких аскетических условиях жил Грин: железная кровать у окна, кушетка, на которой спала Нина Николаевна, рабочий стол писателя, подаривший ему около 50 запечатленных сюжетов, часы и шкура барсука, служившая писателю прикроватным ковриком.

Вторая комната служит «путеводителем» по страницам истории «гриновского» Старого Крыма. Эта часть экспозиции была подготовлена к открытию дома-музея в 1971 г. Автором проекта стал заслуженный деятель искусств РСФСР художник-архитектор С.Г. Бродский.

Здесь хранятся и экспонируются книги, публикации, копии рукописей, фотографии супругов Грин, фотопейзажи с видами Старого Крыма и Карадага, широко известная фотография, сделанная за две недели до смерти писателя: Грин лежит на постели у окна. Рожденный 23 августа 1880 г., скончался писатель 8 июля 1932 г., совсем не пожилым человеком.

Почти весь день он находился в полузабытьи и только к вечеру вдруг приподнял голову с подушки и прошептал: «Помираю…» Последнее фото А. Грина.Старый Крым.1932 г. Крохотная кухонька, где представлена простая посуда и нехитрая домашняя утварь, завершает экспозицию. Начинаешь задумываться о том, чем же привлекательны дома-музеи как таковые.

Нам кажется, будто обитатель этих стен вот-вот появится в дверях, и мы надеемся на то, что предметы, вещи откроют нам тайну. Ведь существует мнение, что часть энергии остается в предметах, с которыми соприкасался человек. Чтобы все это продолжало существовать и напоминать о последних страницах жизни Грина, его супруге пришлось отдать много сил. Жизнь вдовы стала тяжелым испытанием.

Во время немецкой оккупации сошла с ума ее мать. Чтобы уберечь родного человека от казни оккупантами, Нина Николаевна устроилась работать в немецкую газету. Используя свое положение, она неоднократно помогала партизанам. Известно, что благодаря ей были спасены от расстрела 13 человек, многих она спасла от увоза в Германию.

Однако после войны Нина Грин была приговорена к 10 годам ссылки. Вернулась она в Старый Крым, где обнаружила, что ее домик отдан председателю колхоза в качестве курятника. Нина 5 лет боролась за возвращение домика, а после – за превращение его в мемориальный дом-музей Грина, несмотря на решительный отпор со стороны властей.

Было известно, что делу не хотели давать ходу, пока жива вдова писателя. Нина Николаевна завещала похоронить ее в могиле мужа, но и на это власти не дали разрешения, и она была похоронена в другой части кладбища. Только через год ночью, тайком в день ее рождения друзья перезахоронили Нину Николаевну согласно ее завещанию.  В июле 1960 г. в доме была открыта мемориальная комната А. Грина, а 23 августа этого же года, в день 80-летия писателя, состоялось торжественное открытие музея. Чуть более десятилетия он просуществовал в качестве «народного», а спустя несколько месяцев после кончины Н.Н. Грин, в день памяти писателя, 8 июля 1971 г., здесь открылся государственный Мемориальный дом-музей. Домик этот – памятный. Поэт Всеволод Рождественский писал в 1937 г.: …Здесь домик есть с крыльцом в тени бурьянной,Где над двором широколистый тут.В таких домах обычно капитаны

Остаток дней на пенсии живут.

И этот край назвал бы Зурбаганом,Когда б то не был крымский садик наш,Где старый клен шумит над капитаном,

Окончившим последний каботаж.

Уже после кончины Грина, в 1933 г. тут останавливался поэт О. Мандельштам. В Доме-музее А. Грина в Старом Крыму В 1934 г. домик Грина посетил К. Паустовский. Он был очень впечатлен визитом и приложил немало усилий, чтобы в доме писателя-романтика был открыт мемориальный музей. Паустовский так описывал свои впечатления: «В Старом Крыму мы были в доме Грина. Он белел в густом саду, заросшем травой с пушистыми венчиками. В траве, еще свежей, несмотря на позднюю осень, валялись листья ореха. Слабо жужжали последние осы. Маленький дом был прибран и безмолвен. За окном легкой тучей лежали далекие горы. Простая и суровая обстановка была скрашена только одной гравюрой, висевшей на белой стене, – портретом Эдгара По. Мы не разговаривали, несмотря на множество мыслей, и с величайшим волнением осматривали суровый приют человека, обладавшего даром могучего и чистого воображения. Старый Крым сразу изменился после того, как мы увидели жилище Грина и узнали простую повесть его смерти. Этот писатель – бесконечно одинокий и не услышанный в раскатах революционных лет – сильно тосковал перед смертью о людях. Он просил привести к нему хотя бы одного человека, читавшего его книги, чтобы увидеть его, поблагодарить и узнать, наконец, запоздалую радость общения с людьми, ради которых он работал. Но было поздно. Никто не успел приехать в сонный, далекий от железных дорог провинциальный город. Грин попросил, чтобы его кровать поставили перед окном, и все время смотрел на горы. Может быть, их цвет, их синева на горизонте напоминали ему любимое и покинутое море. Только две женщины, два человека пленительной простоты были с Грином в дни его смерти – жена и ее старуха мать. Перед уходом из Старого Крыма мы прошли на могилу Грина. Камень, степные цветы и куст терновника с колючими иглами – это было все. Едва заметная тропинка вела к могиле. Я подумал, что через много лет, когда имя Грина будет произноситься с любовью, люди вспомнят об этой могиле, но им придется раздвигать миллионы густых веток и мять миллионы высоких цветов, чтобы найти ее серый и спокойный камень». В 1980 г. перед фасадом Дома-музея был установлен бюст писателя, выполненный ленинградским скульптором Татьяной Гагариной. Она же является автором скульптуры «Бегущая по волнам», установленного на могиле А.С. Грина. День рождения и день памяти писателя в Старом Крыму неизменно сопровождаются празднованиями, так называемыми «гриновскими чтениями», разнообразными мероприятиями. В 2005 г. при поддержке друзей домика Грина был возрожден ежегодный праздник поднятия Алых парусов на горе Агармыш над Старым Крымом. Паруса поднимаются над городом почитателями творчества писателя на рассвете 23 августа, в день рождения Грина. А днем в палисаднике дома-музея выступают современные поэты, писатели и барды. Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору

Источник: https://odnarodyna.org/content/v-gostyah-u-skazochnika-grina

Сказочник. Константин Паустовский

Сказочника вызывали?

В старом Крыму провел последние дни своей жизни и умер писатель Грин — Александр Степанович Гриневский.

Грин — человек с тяжелой, мучительной жизнью — создал в своих рассказах невероятный мир, полный заманчивых событий, прекрасных человеческих чувств и приморских праздников. Грин был суровый сказочник и поэт морских лагун и портов. Его рассказы вызывали легкое головокружение, как запах раздавленных цветов и свежие, печальные ветры.

Грин провел почти всю жизнь в ночлежных домах, в грошовом и непосильном труде, в нищете и недоедании. Он был матросом, грузчиком, нищим, банщиком, золотоискателем, но прежде всего — неудачником.

Взгляд его остался наивен и чист, как у мечтательного мальчика. Он не замечал окружающего и жил на облачных, веселых берегах.

Только в последние годы перед смертью в словах и рассказах Грина появились первые намеки на приближение его к нашей действительности.

Романтика Грина была проста, весела, блестяща. Она возбуждала в людях желание разнообразной жизни, полной риска и «чувства высокого», жизни, свойственной исследователям, мореплавателям и путешественникам. Она вызывала упрямую потребность увидеть и узнать весь земной шар, а это желание было благородным и прекрасным. Этим Грин оправдал все, что написал.

Язык его был блестящ. Беру отрывки наугад, открывая страницу за страницей:

«Где-то высоко над головой, переходя с фальцета на альт, запела одинокая пуля, стихла, описала дугу и безвредно легла на песок рядом с потревоженным муравьем, тащившим какую-то очень нужную для него палочку».

«Он слушал игру горниста. Это была странная поэзия солдатского дня, элегия оставленных деревень, меланхолия хорошо вычищенных штыков».

«Зима умерла. Весна столкнула её голой розовой и дерзкой ногой в сырые овраги, где, лежа ничком, в виде мертвенно белых, обтаявших пластов снега, старуха дышала еще в последней агонии холодным паром, но слабо и безнадежно».

Грин хорошо выдумывал старинные матросские застольные песни:

Не шуми, океан, не пугай, Нас земля напугала давно. В южный край — В светлый рай Приплывем все равно!

Он выдумывал и другие песенки — шутливые:

Позвольте вам сказать, сказать,Позвольте рассказать,Как в бурю паруса вязать,Как паруса вязать!Позвольте вас на салинг взять,Ах, вас на салинг взять,И в руки мокрый шкот вам дать,

Вам шкотик мокрый дать!

В Старом Крыму мы были в доме Грина. Он белел в густом саду, заросшем травой с пушистыми венчиками. В траве, еще свежей, несмотря на позднюю осень, валялись листья ореха. Слабо жужжали последние осы.

Маленький дом был прибран и безмолвен. За окном легкой тучей лежали далекие горы.

Простая и суровая обстановка была скрашена только одной гравюрой, висевшей на белой стене, — портретом Эдгара По.

Мы не разговаривали, несмотря на множество мыслей, и с величайшим волнением осматривали суровый приют человека, обладавшего даром могучего и чистого воображения.

Старый Крым сразу изменился после того, как мы увидели жилище Грина и узнали простую повесть его смерти.

Этот писатель — бесконечно одинокий и не услышанный в раскатах революционных лет — сильно тосковал перед смертью о людях. Он просил привести к нему хотя бы одного человека, читавшего его книги, чтобы увидеть его, поблагодарить и узнать, наконец, запоздалую радость общения с людьми, ради которых он работал.

Но было поздно. Никто не успел приехать в сонный, далекий от железных дорог провинциальный город.

Грин попросил, чтобы его кровать поставили перед окном, и всё время смотрел на горы. Может быть, их цвет, их синева на горизонте напоминали ему любимое и покинутое море.

Только две женщины, два человека пленительной простоты были с Грином в дни его смерти — жена и ее старуха мать.

Перед уходом из Старого Крыма мы прошли на могилу Грина. Камень, степные цветы и куст терновника с колючими иглами — это было все.

Едва заметная тропинка вела к могиле.

Я подумал, что через много лет, когда имя Грина будет произноситься с любовью, люди вспомнят об этой могиле, но им придется раздвигать миллионы густых веток и мять миллионы высоких цветов, чтобы найти ее серый и спокойный камень.

— Я уверен, — сказал Гарг, когда мы выходили за город на старую почтовую дорогу, — что наше время — самое благодарное из всех эпох в жизни человечества. Если раньше могли быть забытыми мыслители, писатели и поэты, то теперь этого не может быть и не будет. Мы выжимаем ценности прошлого, как виноградный сок, и он превращается в крепкое вино. Этого сока в книгах Грина очень много.

Я согласился с ним.

Мы вышли в горы. Солнце катилось к закату. Его чистый диск коснулся облетевших лесов. Ночь уже шла по ущельям. В сухих листьях шуршали, укладываясь спать, птицы и горные мыши.

Первая звезда задрожала и остановилась в небе, как золотая пчела, растерявшаяся от зрелища осенней земли, плывущей под ней глубоко и тихо.

Я оглянулся и увидел в просвете ущелья тот холм, где была, могила Грина. Звезда блистала прямо над ним.

Источник: http://smartfiction.ru/prose/storyteller/

Великие сказочники: Вильгельм Гауф

Сказочника вызывали?

Здравствуйте, дорогие друзья!

В этом месяце мы поговорим с вами о моём любимом сказочнике, ну, или может одном из самых любимых, ведь всегда так сложно выбрать. Это Вильгельм Гауф. Кстати, написать о нём попросила меня моя дочка София. Она сейчас как раз находится в том возрасте, когда можно уже оценить и прочувствовать магию и чарующую красоту сказок Гауфа. Всё-таки сказки его не для малышей. Согласны?

Уносясь мыслями в своё детство, я вспоминаю, какой трепет вызывали во мне эти необыкновенные истории.  Их читали мне бабушка или мама, а я просто уносилась в волшебный мир, придуманный Гауфом.

Он был настолько реальным для меня, настолько глубоким, все эти детали, которыми наполнены сказки Гауфа, заставляли меня поверить в происходящее, переживать, как будто я нахожусь рядом с героями.

К счастью, в сказках Гауфа были хорошие концовки, что вселяло в мою детскую душу уверенность в доброте мира вокруг и в том, что все трудности можно преодолеть, если ты добрый, честный и смелый.  Подкупало и то, что героями сказок Гауфа были не просто принцы и принцессы, но и самые обыкновенные люди.

Это сейчас я читаю о том, что Гауф был представителем стиля бидермейр в литературе, которому как раз-таки и свойственны все перечисленные мной выше особенности, и прочие, прочие умные взрослые слова, а тогда я была просто ребёнком, которому как воздух была необходима сказка, настоящая, чистая и глубокая.

Мне нравились и «восточные» сказки Гауфа и европейские – немного мистические, порой страшные, с налётом грусти, но обязательно оставляющие после себя вкус волшебства и доброты.

Немного оторвавшись от своих детских воспоминаний, я хотела бы рассказать вам о жизни сказочника, увы, прервавшейся слишком рано – Гауф умер, не дожив до 25 лет.

Вильгельм Гауф родился в 1802 году в Штутгарте (Германия). После ранней кончины отца, мать Гауфа с детьми перебралась в дом своего отца, где и вырос Вильгельм. Огромную часть его детского мира составляла дедова библиотека. Гауф любил читать, но вот учёба никогда не представляла для него интереса.

Тем не менее, он закончил университет Тюбенгена со степенью доктора философии и теологии. Сразу же после окончания Гауф устроился репетитором в семью министра обороны генерала барона Эрнста Югена фон Хёгеля. Он много путешествовал с семьёй генерал и описывал увиденное в своих произведениях.

Именно для детей генерала Гауф написал свои первые волшебные сказки, которые были опубликованы в «Альманахе сказок января 1826 года для сыновей и дочерей знатных сословий» и очень быстро завоевали любовь маленьких и взрослых читателей по всей стране.

Среди этих первых сказок были так любимые нами «Карлик Нос» и «Халиф Аист».

Всего у Гауфа вышло три сборника сказок в виде альманахов, последний их которых был опубликован его женой уже после смерти сказочника.

Сказки Гауфа известны на весь мир, но далеко не все знают, что его перу также принадлежат романы, сатирические произведения, рассказы для взрослых. Кроме того, Гауф писал стихи, многие из которых стали любимыми народными песнями.

Когда я была маленькой, дома у нас был (да и сейчас ещё хранится у родителей) сборник сказок Гауфа, в котором собраны его сказки в виде трёх альманахов. Единственным его недостатком для меня сейчас является то, что шрифт слишком мелкий, не представляю, как бабушка и мама читали и перечитывали нам эти сказки.

Я бы с удовольствием купила что-то подобное моим детям (на самом деле, конечно, себе самой), но очень долго сказки Гауфа в таком виде не переиздавали. Читая материалы к этой статье, я натолкнулась на недавно изданный двухтомник, где сказки изданы именно в виде альманахов.

Я ничего не могу сказать про перевод, качество, так как ещё его не купила, но пока это самое близкое к тому, что мне хотелось бы иметь дома.

В любом случае изданий сказок Гауфа великое множество. Чаще всего это «Карлик Нос», «Халиф Аист» и «Маленький Мук». У Софии пользуются большим спросом сказки Гауфа с иллюстрациями Антона Ломаева, это «Маленький Мук» и «Халиф Аист».

Художнику удалось мастерски передать дух восточной сказки, наполнить страницы книг волшебным сочетанием красок — эти иллюстрации можно разглядывать часами. А сама я люблю сборник Гауфа от издательства «Речь», с иллюстрациями Трауготов, к которым я отношусь с особой нежностью.

Это очень уютная книга, которую просто не хочется выпускать из рук.

Какую бы книгу Гауфа вы не выбрали, я уверена, что и вы, и дети получите незабываемое удовольствие, позволив себе перенестись в удивительный яркий и красочный мир, созданный великим сказочником.

Мир, в котором живут шейхи, визири, невольники и восточные заколдованные красавицы, где обезьяну могут принять за человека, по морям бороздит корабль-призрак, где можно встретить лесных швардцвальдских духов и ощутить аромат травы «чихай на здоровье», которую искали Мими с Якобом.

Если по какой-то причине вы ещё не знакомы со сказками Гауфа, не откладывайте знакомство с ними, устраивайтесь поуютней с книгой и отправляйтесь в незабываемое полное приключений путешествие!

Мария Шкурина

Источник: http://maminiskazki.ru/velikie-skazochniki-vilgelm-gauf.html

История сказочника Ханса Кристиана Андерсена, который боялся детей и повсюду возил с собой веревку

Сказочника вызывали?
sh: 1: –format=html: not found

Ханс Кристиан Андерсен — один из самых известных писателей-сказочников. Но мало кто знает, что в жизни этот датчанин был весьма экстравагантным почти во всем, начиная от внешности и заканчивая ежедневными привычками.

Сам себя детским писателем он не считал, более того, проект памятника, который стали разрабатывать еще при жизни и где Андерсен должен был быть увековечен в окружении детей, он отверг.

А незадолго до смерти он попросил композитора написать марш для своих похорон и подогнать под детский шаг: писатель был уверен, что маленькие поклонники придут проводить его в последний путь.

Мы в AdMe.ru любим сказки Андерсена, но и не подозревали, что его жизнь вполне может стать основой для захватывающего романа.

Ранние годы

«В 1805 году в городе Оденсе в бедной каморке проживала молодая чета — муж и жена, бесконечно любившие друг друга.

Это был молодой 22-летний башмачник, богато одаренная поэтическая натура, и его жена несколькими годами старше, не знавшая ни жизни, ни света, но с редким сердцем.

Муж только недавно вышел в мастера и собственными руками сколотил всю обстановку своей мастерской и брачную кровать.

На эту кровать пошел деревянный помост, на котором незадолго перед тем стоял во время печальной церемонии гроб с останками графа Трампе.

Уцелевшие на досках кровати полосы черного сукна еще напоминали о прежнем их назначении, но вместо графского тела, окутанного крепом и окруженного горящими свечами в подсвечниках, на этой постели лежал 2 апреля 1805 года живой плачущий ребенок, я — Ханс Кристиан Андерсен», — так пишет великий датчанин о своем рождении в автобиографической книге «Сказка моей жизни».

© Kåre Thor Olsen / wikipedia  

Дом, где писатель провел детство.

Несмотря на то, что семья была небогатой и часто перебивалась с хлеба на воду, первые годы жизни Ханса Кристиана были счастливыми. Отец, Ханс Андерсен, обожал мальчика, и они проводили много времени вдвоем.

Папа будущего сказочника, который больше всего на свете любил книги, читал ему сказки, делал игрушки и рисовал картинки.

От него писатель унаследовал и любовь к рукоделию: он умел искусно шить, а из бумаги вырезал фигурки людей, животных и целые причудливые сценки.

Учеба в школе шла не без сложностей. Ханс Кристиан был способным учеником, но ему не давалось письмо – до конца своей жизни он писал с ошибками. Сегодня это назвали бы дислексией.

Ошибки были настолько чудовищными, что редакторы порой не дочитывали его рукописи и до конца первой страницы, поэтому Андерсену приходилось нанимать работниц, чтобы они переписывали его работы до того, как те попадали на стол к редактору.

Приятелей у него не было. Другие дети не хотели играть со странным, нервным и капризным мальчиком, и единственным его другом, по словам самого Андерсена, был будущий король Дании Фредерик VII, теплые отношения с которым писатель сохранил на всю жизнь.

© Jebulon / wikipedia  

Памятник писателю в родном Оденсе.

В 1812 году отца будущего писателя, Ханса Андерсена, призвали на войну, с которой он вернулся через 2 года совершенно разбитым и больным человеком. Спустя несколько лет он умер, и семья окончательно погрузилась в пучину бедности.

Хансу Кристиану пришлось бросить учебу и пойти подмастерьем к сапожнику, однако тяжелая работа мальчику, который больше всего на свете любил театр и книги, была не под силу.

Когда ему исполнилось 14 лет, он собрал вещи и с 13 риксдалерами в кармане уехал в Копенгаген.

Копенгаген

© hcandersen  

Первая изданная книга Х. К. Андерсена.

Первые несколько лет жизни в столице были очень трудными для будущего писателя. Ему буквально приходилось выживать. От природы Ханс Кристиан обладал красивым сопрано – он смог устроиться в хор Королевского театра и жил на небольшое жалованье. Однако его голос скоро начал ломаться, и из хора пришлось уйти.

Подросток хотел устроиться артистом балета, однако его природные данные не позволяли сделать карьеру танцовщика. Андерсен был высоким, с длинными руками и ногами, крупными ладонями и ступнями и очень неуклюжим. Современные ученые считают, что писатель страдал синдромом Марфана.

Однажды Андерсен показал директору Королевского театра Йонасу Коллину написанную им пьесу, и тот решил, что у мальчика талант.

Он попросил короля Дании Фредерика VI выделить некоторую сумму на обучение Ханса, и тот выполнил его просьбу. Так Ханс Кристиан отправился в школу, чтобы доучиться и получить общее образование.

Правда, надолго он там не задержался из-за издевательств одноклассников и директора, и Коллин организовал ему перевод к частному преподавателю.

В 1829 году на свет появилась первая изданная книга Ханса Кристиана Андерсена. Это была не сказка, а фантастический рассказ под названием “Пешее путешествие от канала Холмен к восточной оконечности Амагера”. И она сделала его знаменитым в родной Дании.

«Путешествовать — значит жить»

Через год после выхода первой книги 25-летний Ханс Кристиан отправился в свое первое путешествие. В одном из датских городов, Фоборге, он на 3 дня остановился у бывшего однокурсника Кристиана Войта и тут же влюбился в его сестру Риборг.

Девушка стала его первым романтическим увлечением. Но она уже была помолвлена, и Ханс Кристиан вынужден был отступить. Однако писатель никогда не забывал Риборг: после смерти на его груди нашли мешочек, в котором он 45 лет хранил ее единственное письмо.

Йонас Коллин сжег послание, не прочитав его.

© hcandersen-homepage  

Мешочек, в котором Х. К. Андерсен 45 лет хранил письмо от Риборг Войт.

В 1831 году писатель отправился в свое первое заграничное путешествие – в Германию. Еще пару лет спустя Ханс Кристиан на 16 месяцев покинул родную Данию, чтобы провести время в поездках по Европе.

Путешествия навсегда останутся его страстью, и за всю жизнь он проведет более 15 лет в других странах. Любопытно, что в странствиях проявилась одна из его многочисленных странностей. Где бы он ни останавливался, у него всегда была с собой веревка.

Писатель очень боялся пожара и надеялся в случае чего выбраться по ней из окна.

1835 год стал для Андерсена годом триумфа. Новелла “Импровизатор”, в которой рассказывалось о его собственном путешествии по Италии от лица некоего Антонио, принесла ему грандиозный успех на родине.

В том же году вышел и первый сборник сказок, где в числе прочих была и “Принцесса на горошине”. Уже спустя год книги Андерсена сделали его довольно состоятельным человеком.

К слову, писатель был настолько успешен в своем деле, что к концу жизни стал почти миллионером.

© Eduard Magnus / Public Domain / wikipedia  

В 1840 году Андерсен встретил свою вторую возлюбленную – шведскую оперную певицу Енни Линд, которая была младше его на 15 лет.

Он признался ей в своих чувствах только в письме, уже после того как Енни покинула Данию, однако год спустя при встрече она не подала и виду, что читала его послание.

В одной из дневниковых записей Андерсена за 1843 год есть фраза “Я люблю!”, и она именно о Линд. Кстати, дневники он вел всю свою жизнь – опубликованные после смерти, они заняли целых 12 томов.

После этого Андерсен и Линд встретились только раз, но переписывались они почти до конца жизни писателя. В письмах она называла его “братец” и “дитя”, несмотря на разницу в возрасте. Именно Енни Линд посвящены сказки “Снежная королева” и “Соловей”.

Забегая вперед, скажем, что писатель так никогда и не женился и не обзавелся собственными детьми. Последних он вообще всю жизнь боялся и стеснялся: видимо, сказывалось детство, в котором ему приходилось выслушивать насмешки от других мальчишек.

© hcandersen-homepage  

В 1847 году выходит первая автобиографическая книга Андерсена “Сказка моей жизни”.

Существует мнение, что эта работа писателя не такая захватывающая, как сказки, поскольку в ней он много жалуется на критиков (надо сказать, что негативные отзывы всегда очень расстраивали Ханса Кристиана) и подробно описывает все детали встреч с известными людьми своего времени, с которыми он очень любил заводить знакомства.

К слову, и сказки Андерсена нравились далеко не всем.

Кто-то считал, что они недостаточно назидательны для детей, а порой и вовсе рассказывают о победе зла над добром, на что писатель неизменно отвечал: “Добро побеждает в вечности”. Вообще же Ханс Кристиан был очень набожным человеком.

Мало кто знает, что в русском переводе из сказок были вырезаны детали, связанные с религией, например в той же “Снежной королеве” Герда постоянно молилась в трудные минуты.

Ханс Кристиан Андерсен и Чарльз Диккенс

© Daily Mirror / Public Domain / wikipedia  

Одним из самых известных приятелей Андерсена был Чарльз Диккенс, с которым тот познакомился в 1847 году. Они встретились на вечеринке и, обменявшись восхвалениями таланта друг друга, тут же нашли общий язык.

В течение 10 лет Андерсен буквально заваливал Диккенса письмами, хотя и редко получал ответы. Но в 1857 году Диккенс пригласил датского коллегу провести время в его загородном доме, и тот немедленно согласился.

У Диккенса писатель провел пять недель вместо запланированных двух, и они показались домашним английского писателя вечностью.

Едва переступив порог дома, Андерсен заявил, что у них в Дании старший сын хозяев обязан каждый день брить гостя.

Спустя неделю пребывания Андерсена в его доме Диккенс сбежал в Лондон, оставив растерянную жену и своих многочисленных детей самостоятельно разбираться с загостившимся эксцентричным писателем.

За время пребывания в гостях Андерсен успел испытать романтические чувства к жене Диккенса, уйти в запой и побывать в депрессии из-за негативных отзывов о собственном творчестве в какой-то газете.

Как-то на рассвете Диккенс вернулся домой, собственноручно собрал вещи Ханса Кристиана и, усадив того в карету, которой правил лично, отвез его в Лондон, снабдив подробной инструкцией о том, как добраться до Копенгагена.

Андерсен счел все это проявлением наивысшего качества гостеприимства и восторженно отзывался и о Диккенсе, и о времени, проведенном в его семейном гнезде. Сам же Диккенс, едва выпроводив гостя, написал на зеркале: “В этой комнате в течение 5 недель спал Ханс Кристиан Андерсен, и для нашей семьи это было ВЕЧНОСТЬЮ”.

Странности Ханса Кристиана Андерсена

© Thora Hallager / Public Domain / wikipedia  

История жизни Ханса Кристиана Андерсена – это в числе прочего еще и история разнообразных фобий и страхов. Он долгие годы мучился от зубной боли и, теряя каждый зуб, очень переживал, потому что искренне считал, что его писательский дар зависит исключительно от количества зубов. Под конец жизни, в 1868 году, он лишился последнего зуба и заявил, что отныне больше не может писать сказки.

Андерсен боялся самых разных вещей: собак, утери документов, ограбления.

Диккенс рассказывал, что перед одной из поездок в кебе он сложил в ботинки множество своих вещей, включая записную книжку, и в результате стер ноги в кровь, из-за чего потом рыдал. Страшило его и отравление.

Однажды дети подарили ему коробку конфет, и писатель, сочтя ее полной яда, передал подарок своим племянницам. Удостоверившись, что с лакомством все в порядке, он забрал коробку обратно.

Жены и детей, как мы отметили выше, у Андерсена никогда не было. Более того, за всю жизнь он так и не познал плотской любви. Будучи в Париже в 1860-х годах, он захаживал в бордели, но не ради утех: Андерсен находил удовольствие в беседах с женщинами, а когда Александр Дюма намекнул на истинную цель походов писателя в дома терпимости, пожилой датчанин безумно возмутился.

Несмотря на богатство, Андерсен был прижимист (очевидно, сказывалось полуголодное детство) и никогда не отказывался от предложения разделить трапезу. Более того, он вел список людей, к которым ходил на обед или ужин, чтобы посещать их по очереди. Впрочем, жадным он не был. Ему часто приходили письма с просьбами о помощи от бедняков, и он нередко их удовлетворял.

Боялся Ханс Кристиан и кроватей, поскольку ему казалось, что однажды он упадет во сне и умрет. Собственно, нечто подобное с ним и произошло. В 1872 году он упал с кровати и так никогда и не оправился от этой травмы.

Последние годы

© Israel B. Melchior / Public Domain / wikipedia  

С 1840-х годов популярность Андерсена росла не только в родной Дании, но и за ее пределами. Во всех своих путешествиях он встречал поклонников, среди которых были и известные люди.

Больше того, к концу жизни Андерсен стал настолько популярен, что в Англии его признали величайшим писателем из ныне живущих.

Стоит отметить, что в викторианской Англии его сказки выходили со значительными купюрами, поскольку казались слишком мрачными и жестокими.

В 1867 году писатель приехал в родной Оденсе, где ему присвоили звание почетного гражданина города, а чуть позже датский король личным указом даровал ему должность статского советника.

В последние годы жизни писатель много времени проводил в поместье семьи Мельхиор под названием «Спокойствие», где ему была выделена собственная комната.

Мельхиоры были поклонниками творчества Андерсена и вообще любили принимать у себя именитых гостей, а Ханс Кристиан был, пожалуй, самым известным в то время гражданином Дании.

Члены семьи ухаживали за ним, поскольку после падения с кровати он много болел; когда он уже не мог писать свои дневники, за него под диктовку это делали дети хозяев дома.

12 июля 1875 года он в последний раз приехал в это поместье и больше никогда его не покидал. А 4 августа в 11 утра великий Ханс Кристиан Андерсен мирно скончался в своей кровати в комнате с видом на пролив Эресунн. На его похороны пришел весь Копенгаген.

Фото на превью Thora Hallager / Public Domain / wikipedia

Источник: https://www.adme.ru/tvorchestvo-pisateli/istoriya-skazochnika-hansa-kristiana-andersena-kotoryj-boyalsya-detej-i-povsyudu-vozil-s-soboj-verevku-2087015/?utm_source=AdMe_web&utm_medium=article&utm_campaign=share_image&utm_content=copylink&image=4797015

Сказочник из России — А. Н. Толстой | Досье на длинный нос, колпачок и кисточку

Сказочника вызывали?

Алексей Николаевич Толстой (1883–1945)

В роду графов Толстых было множество писателей с замечательным литературным даром. Самый известный, конечно же, Лев Николаевич Толстой. Даже за пределами нашей страны он считается одним из величайших писателей.

Алексей Николаевич Толстой приходился Льву Николаевичу дальним родственником.

Алексей Толстой родился в 1883 г. в городе Николаевске Самарской губернии в дворянской семье, носил титул графа. Его мать была известной в свое время детской писательницей.

Детские годы будущего писателя прошли в деревне Сосновка, недалеко от Самары, которая принадлежала его отчиму.

Целыми днями мальчик пропадал на сенокосе, жнивье, молотьбе, на реке с деревенскими мальчишками, зимой ходил к знакомым крестьянам слушатьсказки, побасенки, песни, участвовал в народных праздниках. Если вы не читали повесть А.Н.

Толстого «Детство Никиты» — прочтите, не пожалеете! В ней, рассказывая о жизни мальчика Никиты, он описал свое собственное детство.

Музей-усадьба А.Н. Толстого в Самаре

Под руководством приглашенного учителя, Алексей Толстой получил первоначальное образование. Мальчик очень любил читать. Прочитав книги А.С. Пушкина, Н.А. Некрасова, Л.Н. Толстого, И.С.Тургенева, затем с упоением окунулся в книги Ж. Верна, Ф.

Купера, М. Рида. Пробовал сочинять сам: еще в раннем возрасте он прославился как большой выдумщик, а в 10 лет, по совету матери, стал писать рассказы и даже стихи.

В 1897 году семья Толстых переезжает в Самару, и Алексей поступает в реальное училище.

Закончив училище, Алексей Толстой уезжает в Петербург и продолжает образование в Технологическом институте. Тогда же начинает писать свои первые стихи.

Толстой начал с подражания другим поэтам, о чем свидетельствует вышедший в 1907 году первый его сборник стихов «Лирика».

В 1908 году в журнале «Нива» он напечатал свой первый рассказ «Старая башня».

Вскоре он «напал на собственную тему»: «Это были рассказы моей матери, моих родственников об уходящем и ушедшем мире разоряющегося дворянства. Мир чудаков, красочных и нелепых… Это была художественная находка».

Еще в Петербурге он взялся за изучение народного русского языка «по сказкам, песням, по записям «Слова и дела», то есть судебным актам XVII века, по сочинениям Аввакума. Я начал слушать его в жизни.

Я начал понимать, в чем секрет языка». Увлечение фольклором дало богатейший материал для «Сорочьих сказок» и пронизанного сказочно-мифологическими мотивами поэтического сборника «За синими реками».

Алексей Николаевич стремился раскрыть перед юными читателями то огромное идейное, нравственное и эстетическое богатство, которым пронизаны произведения русского устного народного творчества. Тщательно отбирая и обрабатывая, он включил в свой сборник русских народных сказок 50 сказок о животных и около семи детских волшебных сказок.

В 1910 году А.Н.Толстой внес в детскую литературу свою книгу, ласково именуемую «Сорочьи сказки». Сказки из этой книги часто публиковались в детских журналах того времени, таких как «Галчонок», «Тропинка» и многих других. Также широко произведения из его книги используются и в наши дни.

В Первую мировую войну Алексей Толстой работал военным корреспондентом, освещая события на страницах газет. Позже он полностью погрузился в литературную деятельность. Им были романы «Две жизни» («Чудаки» — 1911), «Хромой барин» (1912), рассказы и повести «За стилем» (1913), пьесы для театра — все было результатом неустанного творчества.

Великую Октябрьскую социалистическую революцию Толстой принял не сразу. Он вместе с семьей эмигрировал за границу.

«Жизнь в эмиграции была самым тяжелым периодом моей жизни, – писал позже Толстой в автобиографии. – Там я понял, что значит быть человеком, оторванным от родины, невесомым, бесплодным, не нужным никому ни при каких обстоятельствах». После долгих и мучительных размышлений, А.Толстой вернулся в Россию

Тоска по Родине вызывала в памяти писате­ля воспоминания детства, картины родной природы. Так появилась автобиографическая повесть «Детство Никиты» (1919), в которой чувствуется, как глубоко и задушевно любил свою Родину Толстой, как тосковал вдали от нее. В повести рассказывается о детских годах писателя, прекрасно изображены картины русской природы, русского быта, образы русских людей.

Во Франции, в городе Париже он написал роман с научно-фантастическим уклоном «Аэлита».

Вернувшись на Родину, Алексей Толстой писал по-прежнему «много и разно»: дорабатывал и перерабатывал трилогию «Хождение по мукам», в 1929 году начал работу над историческим романом «Петр I», публикует повесть «Хлеб» (1937), роман «Черное золото» (1931год)…

В годы Великой Отечественной войны Алексей Толстой пишет рассказ «Русский характер», очерки, статьи, обращения, зарисовки о силе и героизме советских людей в борьбе с врагами Родины.

Детям Алексей Николаевич Толстой подарил сказку про деревянную куклу Буратино — пересказал на свой лад известную сказку Карло Коллоди о приключениях Пиноккио. Да как пересказал! Из «поучительно-нравоучительной» итальянской книжки сделал живую, веселую и праздничную — русскую о самой весёлой деревянной кукле на свете – Буратино!

История сказки «Золотой ключик, или Приключения Буратино»

История этой сказки очень интересна, она началась незадолго до возвращения А.Н.Толстого из эмиграции. В 1924 г. Берлине вышла сказка «Приключения Пиноккио».

На титуле значилось: «Перевод с итальянского Нины Петровской, переделал и обработал выдающийся русский писатель Алексей Толстой». Это была первая обработка всеми известного литературного произведения.

С этого времени начинается долгая, кропотливая работа Толстого над повестью-сказкой для детей, в дальнейшем получившей название «Золотой ключик, или Приключения Буратино».

Уже тогда «переделыцик» постарался на славу, сократив книгу Коллоди вдвое и сделав повествование более живым и лаконичным. Однако на этом «пересказ» сказки продеревянного человечка не закончился. Спустя десять лет, приехав в СССР, Толстой переработал историю «Пиноккио» заново.

Обратившись к сказке К.Коллоди в очередной раз, А.Толстой не собирался ничего переделывать.

Но дойдя до шестой главы, он обратил внимание на нарисованный очаг в каморке столяра и решил узнать вместе со своим любознательным героем, что за ним скрывается.

Так в сказ­ке появляется тайна, тайна Золотого ключика, а вместе с ней появляется совершенно новая сказка А.Н.Толстого про деревянного человечка.

Первая глава сказки о вырезанном из полена мальчишкеБуратино была опубликована в газете «Пионерская правда» 7 ноября 1935 года и вскоре в 1936 году вышла отдельным изданиемпод названием «Золотой ключик, или Приключения Буратино».

Фотокопия 4-й страницы «Пионерской правды» за7 ноября 1935 г. с самой первой публикацией сказки А.Н.Толстого «Золотой ключик, или Приключения Буратино»

Дав имя главному герою Буратино,Толстой просто вернул сказке Коллоди первоначальное название «Приключение марионетки». Алексей Николаевич считал, что «буратино» по — итальянски — кукла. На самом деле этот перевод не совсем точен. Дело в том, что «буратини» — это не просто кукла, а перчаточная кукла петрушечного типа.

Буратино же, как и Пиноккио, принадлежал к категории кукол-марионеток. А их в Италии называли «фанточини», соответственно, правильно было бы данный персонаж назвать «Фанточино» или «Фантошка». Имя у этого героя осталось итальянским, но по характеру он стал похож на русского Петрушку – веселого и озорного.

Поэтому Буратино и полюбился нашей детворе.

По мере своей работы над книгой у писателя появились новые персонажи, его герои переживают совершенно другие приключения.

А.Толстой сделал ряд существенных переделок потому, что старался отразить реалии време­ни и страны. Папа Карло назван так в честь Коллоди. У Толстого он шарманщик.

В оригинале имя Джепетто получил в честь знаменитого плотника — свято­го Иосифа, о чем было непозволительно упоминать в атеистической стране.

Мальвина — имя, которое в России носили героини тогдашних бульварных и сентиментальных романов, оно олицетворяло мещанство, совмещенное с мытьем рук, учебой и соблюде­нием хороших манер. Почему лису Толстой назвал Алисой понятно (лиса-то).

Базилио же — это переделанное на иностранный манер русское кошачье прозвище Васька. Артемон в слегка измененной форме позаимствован у Куприна: в рассказе «Белый пудель» пса зовут Арто. Директора кукольного театра Толстой назвал Карабас Барабас. Карабас – по-казахски «черная голова».

В отличие от сказки итальянского сказочника Коллоди, где главный герой Пиноккио побеждает себя, свои пороки, Буратино побеждает Карабаса Барабаса и открывает театр на радость своим друзьям.

Сказка А.Н.Толстого «Золотой ключик, или Приключения Буратино» имела большой успех как у детей, так и у взрослых. Книга о нём переиздавалась множество раз и была переведена на 47 языков!

Весёлый деревянный человечек поселился на книжных полках в каждом доме нашей страны, но на этом его приключения не закончились! Алексей Николаевич написал пьесу для Центрального Детского Театра в Москве, а также сценарий для фильма «Золотой ключик», снятого в 1939 году. А в 1975 годы вышел знаменитый телефильм «Приключения Буратино», песни из которого поют до сих пор.

А.Н. Толстой на протяжении четырёх десятилетий неутомимо писал рассказы, сочинял стихи, создавал романы и пьесы, ставил киносценарии, делал многочисленные очерки и статьи для средств массовой информации, которые стали классикой русской литературы.А для детей Алексей Толстой навсегда останется сказочником, открывшим тайну золотого ключика.

Замечательный писатель был и выдающимся общественным деятелем. Он неоднократно избирался депутатом Верховного Совета СССР, был действительным членом Академии наук СССР.

Алексей Николаевич Толстой –писатель широкого творческого диапазона – занял видное место в русской советской литературе.

В честь А.Н.Толстого учрежден Международный конкурс детской и юношеской художественной и научно-популярной литературы.

ЛИТЕРАТУРА О ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ А.Н.ТОЛСТОГО:

Андроников И. Повесть о самых необыкновенных вещах / И.Андроников // Толстой А.Н. Детство Никиты. — М.: Сов. Россия, 1985. — С. 3-5.

Бегак Б. Беседа первая. Золотой ключик детства // Бегак Б. Правда сказки: очерки. — М.: Дет. лит., 1989. — С. 9-17.

Боровиков С. Алексей Толстой: очерки /С.Боровиков. — М.: Сов. Россия, 1982. — 158 с. — (Писатели Советской России).

Боровиков С. Алексей Толстой: страницы жизни и творчеств /С.Боровиков. — М.: Современник, 1984. — 192 с. — (Б-ка «Любителям российской словесности»).

Галанов Б. Буратино — собрат Пиноккио // Галанов Б. Книжка про книжки: Очерки. — М.: Дет. лит., 1985. — С. 41-52.

Западов В. Алексей Николаевич Толстой: Кн. для учащихся. — Изд. 2-е, испр. и доп. — М.: Просвещение, 1981. — 127 с. — (Биогр. писателя).

Крюкова А. Алексей Николаевич Толстой /А.Крюкова. — М.: Моск. рабочий, 1989. — 142 с.: ил. — (История Москвы: портреты и судьбы).

Петелин В. Алексей Толстой /В.Петелин. — М.: Мол. гвардия, 1978. — 384 с.: ил., портр. — (Жизнь замечат. людей).

Петровский М. Что отпирает «Золотой ключик»? // Петровский М. Книги нашего детства. — М.: Книга, 1986. — С. 147-220.

Ревич В. ТОЛСТОЙ Алексей Николаевич, граф (1882-1945) // Энциклопедия фантастики. — Минск: ИКО «Галаксиас», 1995. — С. 559-560.

Серов С. Сказки для взрослых и детей // Толстой А.Н. Сказки; Сказки и рассказы для детей; Русские народные сказки в обработке А.Н.Толстого. — М.: Правда, 1984. — С. 5-18.

Сотскова М. А.Н.Толстой: [предисловие] // Толстой А.Н. Повести и рассказы. — М.: Дет. лит., 1986. — С. 3-21.

Толстой А. Краткая автобиография // Толстой А.Н. Повести и рассказы. — Л.: Худож. лит., 1987. — С. 3-12.

Толстой А. О творчестве // Вслух про себя: сборник статей и очерков советских детских  писателей. — М.: Дет. лит., 1975. — С. 264-266.

Источник: http://buratino.goub.by/?page_id=44

Для родителей
Добавить комментарий