Вызываю огонь на себя

Вызываю огонь на себя

Вызываю огонь на себя
wikimedia.org Нет ничего дороже Родины Ухаживая за могилкой Героя Советского Союза Елены Стемпковской, жители села Зимовенька в Белгородской области вряд ли догадываются, что подвиг двадцатилетней комсомолки был не спонтанным порывом. Она готовилась к нему всю свою небольшую жизнь. Елена родилась и окончила семь классов в деревне Мазурщина под Солигорском.

Ее отец, Константин, пользовался среди сельчан особым авторитетом: в Русско-Японскую войну защищал героический Порт-Артур, а в годы Гражданской сражался на разных фронтах с белогвардейцами. И, возвращаясь с полей сражений домой, всегда говорил детям: нет ничего дороже и краше родного края.

В конце 1930 годов семья переехала в Узбекистан, где требовались крестьянские руки для развития хлопководства. Елена вместе с одноклассниками тоже работала на полях, а после школы поступила в Ташкентский педагогический институт. Когда началась война, комсомолка Стемпковская сразу попросилась на фронт. И уже в июне начала заниматься на курсах радиотелеграфистов.

В составе стрелкового батальона отправилась на Юго-Западный фронт. В Солигорском краеведческом музее хранятся письма, которые Елена писала родным в те грозные дни.

«Здравствуйте, мои дорогие папочка, мамочка и Леник!

Итак, я уже доехала до места. Скоро приступлю к исполнению своих обязанностей. Я только один раз слышала и видела бомбардировку.

Сидели мы у коменданта, разговаривали, и вдруг – гул и разрывы. Несмотря на то, что мы впервые чувствовали бомбардировку, нисколько не испугалась. Теперь у меня только одно желание – побить вшивых немчужек. Они, черти, засели в деревнях, оделись в дамские шали да шубы. В общем, вшивеют на местах.

Здоровье мое отличное. Настроение тоже. Обо мне не беспокойтесь.

Я еще заявлюсь домой, еще посмеюсь вместе с вами. Теперь вы будете мне часто писать письма. Я надеюсь.

Между прочим, если есть возможность, то вышлите конфет, пряников, сала свиного, и еще – на ваше усмотрение. Что хотите.…

Да, еще мне нелишними были бы подворотнички и платочки. Спасибо вам за носки и варежки.

Ленечка, учись только на «отлично», знание и практика – это все. Прошу тебя, дорогой братишка, пиши почаще.

Обнимаю и крепко целую, ваша Елена.

9 февраля 1942 года».

Поступила бы, как Данко

Фронт – тяжелейшее испытание физических, моральных сил человека. Но особые трудности выпадают на долю стрелковых подразделений: огненная передовая, окопы, грязь, дискомфорт. И как может себя чувствовать девушка, оказавшаяся в таких условиях, да еще под постоянным вниманием порой грубоватых солдат? Но чувство патриотизма, гражданского долга, юношеский романтизм Елены оказались сильнее фронтовых тягот. В одном из последних треугольников родные Елены Стемпковской прочитали:

«… я уже не робкая девчонка, а боевая… Счастлива, что нахожусь на передовой и, как могу, защищаю Родину.

Мне часто вспоминается рассказ Максима Горького о герое Данко.

Он вырвал свое сердце из груди, чтобы заблудившиеся люди смогли найти дорогу в темном лесу.

Если бы я смогла осветить своим сердцем доты врага, когда наши бойцы идут ночью в атаку, я поступила бы, как Данко…»

Не струшу даже в трудную минуту

Зимой 1942 года дивизии Юго-Западного фронта совместно с войсками Южного успешно провели Барвенково-Лозовскую операцию и, продвинувшись на 100 км, овладели крупным плацдармом на правом берегу Северского Донца. Боевое крещение девушка выдержала успешно. Неудивительно, что очередные письма Елены приобретают уже фронтовой, боевой тон.

«Здравствуйте, мои милые папочка, мамочка и Леник!

Движемся на запад. Уничтожаем на своем пути завоевателей проклятых, «весенних» фрицев и гадов. Сегодня иду на самую передовую линию давать радиосвязь. Заменяю геройски погибших товарищей.

Заверяю вас, мои дорогие, что даже в самую тяжелую минуту не струшу…

Если не будете долго получать от меня писем, то это значит, что нет возможности писать или же просто нет времени. Пишите почаще и не беспокойтесь. Еще встретимся и, конечно, в 1942 году будем вместе. Верьте в счастливое будущее.

Крепко-крепко целую вас, мои милые.

Читая это письмо, думайте, что я рядом с вами.

Остаюсь крепка, здорова, ваша дочь Лена».

Младший сержант Стемпковская по-своему повторила подвиг мифического героя Горького. В развернувшемся в начале лета 1942 года сражении, известном, как битва под Харьковом, войска фронта попали в окружение и понесли большие потери. Тяжесть поражения вместе со всеми разделила и Елена. В июне возле села Зимовеньки их батальон оказался в плотном вражеском кольце. Младший сержант Стемпковская обеспечивала радиосвязь со штабом полка. Погиб командир, убит корректировщик, поредели ряды боевых друзей. И тогда Елена по рации вызвала огонь на себя. Гитлеровцы откатились. Когда остатки батальона пошли на прорыв, девушка бросила рацию и, взяв в руки автомат, осталась прикрывать их отход. Тогда ее и настигла вражеская пуля.

P.S.

Елене Стемпковской посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. На центральной усадьбе совхоза в Узбекистане, где работала девушка, ей установили памятник. Стемпковская навеки зачислена в списки студентов Ташкентского государственного педагогического института. Теперь на его здании установлена мемориальная доска. Имя Стемпковской было присвоено белорусской и узбекской школам, где героиня училась, одной из школ Ташкента, техническому училищу в Волгограде.

Ключевые слова: подвиг9 маядень победы

Версия для печати Добавить в закладки Постоянная ссылка

Источник: https://www.souzveche.ru/articles/community/30812/

«Вызываю огонь на себя»: почему подвиг российского офицера в Сирии вызвал такую восхищенную реакцию Запада

Вызываю огонь на себя

Окруженный террористами ИГИЛ (запрещенной в России террористической организации) офицер Сил специальных операций вызвал огонь на себя.

Уничтожил террористов, но погиб сам… В западной прессе его назвали русским Рэмбо, сопоставив с героем из американского боевика, когда один, вопреки всему, – воин. Храбрый, бесстрашный, справедливый.

Им оказался парень из оренбургской глубинки – Александр Прохоренко. С внешностью, далекой от образа голливудского супермена.

31 марта о спецоперации в Сирии отчитался начальник Главного оперативного управления Генерального штаба ВС РФ генерал-лейтенант Сергей Рудской. Офицер Сил специальных операций Александр Прохоренко погиб двумя неделями раньше.

Он так и не узнал, какую важную роль сыграл в освобождении Пальмиры. Древний город расположен в центральной части Сирии. Оттуда открываются дороги на Дамаск, Хомс, Хама, Алеппо, Ракку, Дэйр-эз-Зор. К началу марта у Пальмиры обосновались более 4 тыс.

боевиков, до 25 танков и БМП, свыше 20 единиц ствольной и реактивной артиллерии, около 100 комплексов ПТУР, более 50 пикапов с тяжелым вооружением. Это не считая минометов и стрелкового оружия, грузовиков, начиненных взрывчаткой, зомбированных террористов-смертников…

В ходе всей операции самолеты российских ВКС наносили удары исключительно по выявленным объектам террористов.

Две ракетницы

По словам военных, некоторые объекты боевики хорошо маскируют. С воздуха видно далеко не все. Поэтому в логово врага забрасывают разведчиков и наводчиков. Целую неделю игиловцы не знали покоя.

Бомбили их так сильно, что работу диверсантов заметили. Игра в «кошки-мышки» началась. Террористы бросили на это лучшие силы. Обнаружив русского офицера, атаковали. Пути назад отрезали шквальным огнем. Помощи ждать было неоткуда.

Александр Прохоренко оказался в плотном кольце окружения…

– Во время спецопераций в Чечне нам давали две ракетницы, – вспоминает спецназовец оренбургского СОБР Игорь Яковлев (фамилия изменена. – Ред.). 

– Одна из них стреляла зеленым, что означало «свой». Другая давала в воздухе красный. Это воспринималось уже как «чужой». То есть всего два сигнала, чтобы привлечь авиацию. Попадать в плен, понятно, никто не хотел.

При самом плохом раскладе отстреливались до последнего патрона. А если заканчивался рожок, вступали в рукопашную. Оказаться в плену считалось равным смертному приговору  – пленников они не щадили. В Сирии то же самое. Я прекрасно понимаю бойца.

Игиловцы никогда бы не оставили его в живых…

С 7 по 27 марта ВКС России выполнили около 500 боевых вылетов. По террористам ИГИЛ было нанесено более 2000 прицельных авиационных ударов.

По наводке с земли самолеты в куски разнесли плацдармы боевиков и артиллерию на всех господствующих высотах. Они отрезали террористов от снабжения горючим и боеприпасами со стороны соседних Ракки и Дейр-эз-Зора.

  23 марта подразделения сирийской армии вновь перешли в наступление. Спустя четыре дня над Пальмирой был установлен полный контроль.

«Мы ничего не знаем!»

На родине Саши Прохоренко, в российской глубинке (село Городки, Оренбургская область), о войне в далекой Сирии знают лишь с экранов телевизора. Но боль родителей Саши, потерявших любимого сына, сельчане восприняли как личное горе. В селе на 600 жителей все знают друг друга и прекрасно помнят парня, который в детстве гонял мяч с соседской ребятней…

Чтобы узнать об Александре, мы отправились в Городки. Дорога до райцентра нормальная, а на село – ухабистая грунтовка. Около 10 километров она петляет между берез и холмов. Казачья станица Городки как раз расположена в конце длинной рощи.

– Не подскажете, где дом Прохоренко? – интересуемся у первого попавшегося прохожего. – Да вон он, на окраине, – махнул рукой мужчина. Кирпичный дом, окрашенная серебрянкой калитка. На улице ни души, даже собаки не лают. Стучимся в дверь. Бесполезно. Хотим уйти, но вдруг она открывается.

Хозяин немногословен, сразу же приглашает в дом. – Проходите, раз приехали издалека.

Разговор вряд ли получится… Комната светлая. В ней по-домашнему уютно и тепло. Фотография Александра Прохоренко – на самом видном месте. Рядом с портретом стоят иконы, горит восковая свеча.

Мама Саши Наталья Леонидовна – в черном платке, все время плачет. Достаем номер «Комсомолки». Показываем заметку о подвиге российского офицера. Отец недоверчиво берет газету в руки, нервно листает, надевая очки.

Читает бегло и жадно.

– О смерти сына военные сообщили без подробностей, мы ничего не знаем, – говорит Александр – старший. – Скажу только одно – это тяжкая утрата для нас… Душу – Богу, сердце – женщине, долг – Отечеству, честь – никому!

Это старый казачий девиз. Александр Прохоренко – младший следовал ему с самого детства. Карьеру офицера выбрал еще будучи школьником. Учился в основном на отлично. Увлекался точными дисциплинами, нажимал на физкультуру.

В свободное время помогал родителям или гулял с друзьями. Благо село Городки, где родился и вырос Саша, дружное. Люди не просто знают друг друга. Семьи связывают многолетние казачьи традиции.

Здесь свято чтят заветы своих дедов и прадедов.

– Для нас он был Проха, – говорят друзья Александра Прохоренко.

– Справедливый, порядочный, добрый. Окончил школу в 2007 году с серебряной медалью. С отличным аттестатом поступил в Смоленскую военную академию противовоздушной обороны. – Учился легко, окончил вуз с отличием,  – вспоминает знакомый героя Евгений.

– Все жители села радовались за него. Кстати, его младший брат Ваня тоже в Смоленске. Ему 19, он учится на втором курсе этой же военной альмаматер. – Жену Саши зовут Катя, – сообщили в Городецком сельсовете.

– Вы даже не представляете себе, как он был счастлив! Любил супругу сильно, заботился о ней, делал дорогие подарки. Они с ним даже внешне чем-то похожи. «А вы не брат и сестра?» – шутили у них на свадьбе…

– Был у нас в селе герой, который погиб, выполняя интернациональный долг в Афганистане, – вспоминает местная жительница Наталья, вытирая слезы. – Теперь весь мир узнал о Городках из-за героической гибели Саши.

Папа Саши – наш лучший механизатор, воспринял это все болезненно. Он у нас в передовиках был, а мама Саши работает уборщицей в администрации села. Ни с кем сейчас не общаются.

– Вы поймите, пока тело Саши не предано земле, мы не хотели бы о нем рассказывать, – говорит одна из учительниц. – Придет время – все расскажем. И проведем вечер памяти.

У нас же в школьном музее хранится фуражка, которую Саша оставил брату. Александр окончил школу 9 лет назад, в 2007 году, с серебряной медалью. Парень был не только большим умницей, но и очень спортивным.

Мастерски играл в лапту, отличался выносливостью, в кроссах неизменно приходил первым.

Для семьи сделают все

Об этом заявил губернатор Оренбургской области Юрий Берг. 30 марта он навестил родителей Александра Прохоренко: лично выразил соболезнование, справился о проблемах.  Горе семьи невозможно передать словами,  – отметил Юрий Александрович, вернувшись. – Родителям героя переданы слова поддержки от имени всех жителей Оренбуржья.

Александр ведь отдал свою жизнь, вызвав огонь на себя. Мы вместе скорбим по поводу гибели нашего земляка, его имя навечно останется в наших сердцах. Память об Александре Прохоренко, о простом оренбургском парне, отдавшем жизнь ради жизни на земле, будет увековечена, – сказал Юрий Берг.

– Именем героя будет названа улица в Оренбурге.

Максим Боталов

Источник: https://tvzvezda.ru/news/forces/content/201604170859-g4ui.htm

Сериал Вызываем огонь на себя смотреть онлайн бесплатно!

Вызываю огонь на себя

  • В одно время я подсела на телесериалы такого жанра и того времени. Да картина в черно-белых тонах, но это не главное. Главное то, что это кусочек нашей истории, который экранизировали в мини телесериале. Ведь в нем попытались рассказать о реальных существующих фактах того времени.

    О реальном аэродроме в городе Сеща, который был разрушен бомбовым ударом советской авиации осенью 1943 году. Эта картина очень отличается от картин, которые сейчас снимают. Сейчас если экранизируют сериал и пытаются воссоздать какую – либо историю и факты, то это красочная картина, в которой нет рамок, она передает много эмоций.

    Но конечно если сравнивать сегодняшние фильмы, и картины того времени, то это совершенно разноплановые вещи. В то время очень следили за созданием мини телесериала, в котором было много запретных тем. Контроль вышестоящей власти, такой как партком, горком не давал картине полностью реализовать себя.

    Но с другой стороны, была ведь и жизнь такая, когда нельзя было сказать что -то лишнее в адрес политической власти. Речь в телесериале идет о военном времени. Усилия всего народа были положены на то, что бы победить фашизм. Аня Морозова жительница города Сеща, решает, что ей тоже следует внести свой вклад в защиту родной земли.

    Пройдя не долгий путь, она попадает в группу диверсантов, которые пытаются найти контакт с чехами и поляками, работающими аэродромными техниками. Этот аэродром играет ключевую роль в наступлении немецких войск. Но к несчастью, немецкая контрразведка выходит на советских диверсантов. Благодаря партизанам советским диверсантам удается уничтожить столь злосчастный объект.

    Это одна история и одна победа наших советских войск. А сколько таких побед было…, я думаю несчетное количество. Есть определенная гордость. Мне приятно было смотреть этот телесериал. Но конечно я скажу вам и тяжело. Все – таки эта сдержанность которая была привита картинам того времени, не дает покоя.

    Думаю, если бы этот сюжет был положен в основу нового телесериала, в четырех эпизодах больше зрителей примкнуло к просмотру телесериала. Ведь эмоциональный фон, свободолюбивость и психологический настрой не маленькое место играют в создании картины. Почет и уважение тем людям, которые защищали нашу страну.

    Но если честно я посчитала, что телесериал будет трудноват для просмотра именно в такой интерпретации. Возможно мы отвыкли от рамок того времени, но хочется больше живости в этом телесериале. А не просто следовать указу и исполнять его. Идея бесспорно хорошая, я просмотрела все серии, но что бы поставить высокий бал этому телесериалу, мне все-таки чего -то не хватило.

    Дата публикации на сайте: 19.05.2014

    Этот сериал воистину велик и захватывающ! Он будет интересен всем – от мала до велика. Акцент в фильме сделан именно на храбрости женщин – подпольщиц. Девчата смелы и самоотверженны, а во главе у них – Анна Морозова. Мужчины, в том числе даже командиры, и начальники – вынуждены смириться с этим и признать мужество этих женщин. Меня поразила актерская игра, она здесь на высоте, я за просмотр всех серий ни разу не усомнился в реалистичности происходящего. Раскрытие самих образов выполнено на высшем уровне, все очень естественно и берёт за душу. Здесь актеры не играют какую-либо роль, а живут, живут так, как жили во времена Великой Отечественной войны. Мое сердце покорили многие – не по годам мудрая Анна Морозова, руководительница Сещинского подполья, храбрая и самоотверженная Лидка (один из лучших эпизодов при ее участии, вызвавший во мне настоящий взрыв эмоций, это когда она с подругами наряжается в платье и, надушившись, распевает «Эх, война, война, война идёт аж до Урала?»). Ну а в связи с тем, что фильм, как уже говорилось, «девичий» – впечатляют в нем именно актрисы, игра которых просто превосходна! Ставлю фильму «Вызываем огонь на себя» высшую оценку, и я уверен в том, что вы будете с ней согласны.

    Дата публикации на сайте: 27.11.2012

    В этом фильме показана жестокая правда без выдумки и мании величия. Хронологическая последовательность достижений подпольщиков Сещи поражает. Тут и сбор советских данных для советского правительства, и жестокое нападение на дом отдыха немецких налетчиков. Тогда уничтожили почти 200 солдат и офицеров, и самолеты минировали прямо на аэродроме. Все это увлекательно и интересно, но меня тянет к этому фильму именно из-за рассказа о братстве. Захватывающая история об интернациональном подполье, где народы братья – Словаки, Русские, Украинцы, Поляки и Белорусы – боролись плечом к плечу с общими врагами! И еще один занимательный факт. В подпольной Сещинской организации за два года не было ни одного предателя, а наоборот, только примеры самопожертвования! Когда Иван Алдюхов погиб ради того, чтобы отвести подозрения от поляков. Или Ян Мальновский, оставшийся в тюрьме (хотя мог убежать с другими), чтобы не подставить свою любовь Лиду. Вообще у меня наворачиваются слезы на глаза, когда я вижу любовь между Яном Мальновским и его храброй и отчаянной Лидой. Меня Поразило то как С. Колосов показал в фильме положительные человеческие качества. Их человечность, храбрость, мужественность, и конечно же, речи. Речи, которые вдохновляют!

    Дата публикации на сайте: 27.11.2012

  • Источник: http://seasonvar.ru/serial-4705--Vyzyvaem_ogon__na_sebya.html

    Вызываем огонь на себя

    Вызываю огонь на себя

    Первым оргмероприятием практического патриотизма стал пожар Москвы 1812 года. А теперь что?..

    Патриотизм в России бывает только государственным. Во всех прочих случаях чувство к родине остается частным делом, так не называется и не носит характера вменяемого восторга по отношению к власти.

    Эпохи приступа государственного патриотизма в России тягостны. Но кратковременны.

    В кровожадные времена за недостаточное усердие кричать хором «Да здравствует!» можно крепко поплатиться, но рядовые приступы проходят легко: власть ездит по мозгам, а люди отмахиваются, как от мух.

    «Патриотизм» — слово нерусское. Когда государство решает использовать его, то чувство, им обозначаемое, должно непременно проистекать из некоей формы, точнее всего обозначенной в советские времена — «народ и партия едины».

    Не просто насадить то, что не имеет в языке названия. Если нет названия, то нет в народе и склонности к сердечному отклику на всякое движение власти. Это товар импортный.

    Кто изобрел патриотизм

    По прихоти разного рода доброхотов патриотизму приписана седая древность. Будто бы русским искони присуще некое иррациональное обожание власти, без которой они ощущают себя брошенными игрушками.

    Патриотизм как элемент верноподданничества в обязанность вменил Петр Первый.

    Он с одинаковым энтузиазмом брил бороды, строил на болоте новую столицу, заменял чиновником патриарха, вводил всешутейские соборы с густым послевкусием кощунства, завозил в страну отряды проходимцев, заточал жену в монастырь, казнил единственного сына, менял алфавит, запрещал русскую одежду мужчинам и женщинам… А заодно требовал от подданных выражать небывалое чувство всеобъемлющей гордости за власть и отечество.

    Иначе говоря, патриотизм возник как некий предписанный восторг перед властью. Взамен верности Богу.

    Князя, боярина, откупщика, мытаря, купца, управляющего, если они не по справедливости, не по-Божьи поступали, можно было взять на вилы. Петр все это множество хозяев, чиновников, нахлебников утрамбовал в плотный конгломерат под названием «Государство» и наделил новой сакральностью. Идолу было предписано поклоняться и курить фимиам, идолу чужеземному и заимствованному.

    Обожание государственной власти, страны, народа, чиновного аппарата есть прямое вероотступничество в христианстве. Недаром во все времена государственного патриотизма веру шельмуют, верующих гонят.

    Петр не смог искоренить исконной народной привычки — говорить царю «ты».

    Царь-патриот положил начало невиданному по масштабам жертв переформатированию народа, а народ продолжал говорить ему «ты» и считать антихристом.

    Крестьян забрили в рекруты на 25 лет и в крепость навечно; дворян обязали служить, установив уж вовсе нерусский обычай — передавать наследство исключительно старшему сыну.

    Никогда прежде Россия подобной всеобщей кабалы не знала.

    Обрушение ада на плечи народа после смерти Петра приобрело настолько нерусский характер, что о патриотизме речи не шло. При Анне Иоанновне ни в офицеры, ни в доктора, ни в ученые русскому человеку хода не было вовсе: на всех местах сидели немцы.

    Как разошлись патриотизм и западничество

    Патриотизм волею Петра соединил в себе немыслимое для нынешнего века: западные реформы в самом диком их исполнении и заморское по сути и содержанию требование восторга перед властью.

    Через 100 лет после Петра патриотизм и реформаторство окончательно разошлись.

    Реформаторы уже не могли не быть либералами, сторонниками западных форм, а следовательно, попадали в антипатриоты.

    Патриоты же стали любителями всего отеческого, старинного, и подразумевалось в них безудержное неприятие Запада, охранительство и поиск духовных скреп.

    Власть же получила возможность носить то один костюм, то другой, не меняя своей сути.

    Суворов, с его шутовским «Мы — русские, какой восторг!», выскакивает из табакерки всякий раз, когда есть нужда в скрепах. В его-то время запроса на патриотизм не было, образованные говорили по-французски и, приближаясь к народу, обмахивали нос надушенным платком.

    Феномен московского пожара

    Ярчайший (в буквальном смысле) припадок патриотизма был организован во время войны 1812 года. Именно тот патриотизм московские острословы нарекли «квасным».

    Первый вельможа, поставивший на поток патриотическую лексику, — генерал-губернатор Москвы Федор Ростопчин. На особом, как ему казалось, народном языке он слал афиши с призывами Москвы не отдавать, рапортовал о победах и взывал к чувствам.

    Когда Москву сдали, чувства буквально преобразились в огонь.

    Наполеоновские солдаты поджигателей ловили и силились понять, что за порыв овладел их странными душами.

    Москва сгорела вся.

    В дальнейшем патриоты изрядно потрудились, доказывая, как, с одной стороны, было мудро сжечь древнюю столицу, а с другой — что все сотворил супостат.

    Грибоедов примирил две крайности устами Скалозуба: «Пожар способствовал ей (Москве) много к украшенью».

    Примечательно, что, несмотря на все старания, на лермонтовское «Бородино» и игры реконструкторов на полях сражений, захватчик Наполеон так и не вошел Плохишом в память и фольклор, в отличие от охранителя Ростопчина.

    Показательна судьба этого градоначальника. Он ездил по селам вокруг Москвы и призывал народ к партизанщине. Он вину отрицал до поры, а потом отрицать перестал, поскольку пожар в глазах части сановного круга приравнялся к подвигу. Под конец его разбил паралич.

    Дрессировка чувств

    Можно ли заходиться в патриотизме на языке, в который поговорками вошло острое словцо Александра Грибоедова?

    «Кричали женщины «ура!» и в воздух чепчики бросали». «К военным так и льнут, а потому что патриотки».

    С грибоедовским багажом насмешек над святым государственничеством смог справиться разве что каток сталинского патриотизма, и то не до конца.

    Патриотическое послевкусие 1812 года начисто перешибло восстанием декабристов (многие — участники войны). Бунт лучших людей, взращенных на сливках патриотизма, показал власти, что розжиг чувств может иметь непредсказуемые последствия.

    «Европейскость» позволила той власти сочетать небывалую реакционность, цензуру, тайный сыск и мертвую идею «православия, самодержавия и народности», на которой следовало воздвигать новый вид государственного патриотизма. Чтобы уже без эксцессов.

    Дело не пошло.

    Сопротивляться язвительным умам общество было бессильно.

    Чаадаев, высочайше объявленный сумасшедшим и отправленный под домашний надзор, 20 лет одиноко простоял, подпирая колонны в бальных залах, воплощением насмешки над властью, над самим русским духом, пейзажем и даже над русской погодой. Напомню, что русская погода, а именно генерал Мороз — важный кирпич русского патриотизма.

    Чем больше власть требовала любви, тем охотнее и изощреннее ей платили ненавистью.

    Белинский, кашляя кровью, проповедовал якобинство, а всякого богатого лодыря навеки возвел в разряд «лишнего человека».

    Над головой Достоевского сломали шпагу и на 10 лет сослали, выковав глыбу русской литературы и подточив саму идею безоглядного государственничества. Это ведь он создал энциклопедию каторги и заклинал патриотов — не сметь доносить на заговорщиков, даже если те умышляют против царя.

    Метаморфоза «наших»

    Многое в истории перевернуто. Но кое-чем вертеть себе дороже.

    Герцен обозначил раскол в мыслящем обществе на «наших» и «не наших». В числе первых он сам и его товарищи, насмешники над деспотизмом. В числе вторых — славянофилы, умилявшиеся древлеправославным картинам единения народа и власти. Но вот незадача: когда «не наши» одевались под русских, мужики принимали их за персиян.

    Конструкторы движения карьеристов под брендом «Наши» в XXI веке плохо учили историю. Те «наши» были против царя, сыска, карьеры. Нынешние «наши» не способны осилить несложный нравственный императив «Служить бы рад, прислуживаться тошно», возведя карьеризм и чинопочитание в «социальный лифт».

    Вехи восторга

    Секрет государства в том, чтобы внушать публике, что хуже гражданской смуты зверя нет. Что он, левиафан, за людишками присматривает, а вот сами они способны лишь бессмысленно и без счета резать друг друга.

    Но обмануть людей не так уж и легко.

    Подданных, заклиная долгом отечеству, гнали покорять Кавказ и усмирять Европу. При первой возможности подданные — казаки, староверы, баптисты бежали на Кавказ и в Османию, оседали в Европе, только бы не возвращаться под давящее триединство государственного великолепия.

    Короткое по русским меркам 14-летнее правление Александра Третьего обернулось припадком государственничества с попыткой подверстать под него верующих не на уровне лозунгов, а всем существом.

    Церковь никогда в российской истории не разделяла эдакого искусственного звона души. Постоять за отечество — это вовсе не за царя, сенат, синод, министерства, присутствия и множество канцелярий.

    Государство, унижая веру, приспосабливая под свои нужды, целенаправленно исправляло даже катехизис и вносило в него покорность властям и принуждение любить царя.

    Недаром и западник Герцен, и почвенник Лесков много потрудились над портретами священства и монашества, выражаясь современным новоязом, тролливших государство нещадно.

    Многие из нынешних и охранителей, и либералов убеждены, что церковь «молится на власть и за власть». Но церковь молится за вразумление власти, а вовсе не «за нее».

    Александр Третий сформулировал еще один тезис государственного патриотизма — об одиночестве России. Ему принадлежит тост, который так любят патриоты, — о том, что у России нет союзников, кроме армии и флота.

    Царь изящно продемонстрировал, что под поддержку трона можно подверстать любых энтузиастов. С любой квалификацией.

    При нем славянофилы вошли в моду, когда Россия вошла в серию войн под флагом освобождения славян. Освобожденные славяне весьма быстро продемонстрировали вероломство.

    Николай Второй метался от казней к европейскости, от реформаторов к патриотам. Его европейская жена увешала стены своей комнаты иконами от пола до потолка, окружила себя сомнительными людьми — так ей хотелось быть русской царицей.

    Народ ее ненавидел.

    Во время Первой мировой царская чета с придворными удалялась в сельцо Федорово, где обряжались в допетровские костюмы и играли в непорочную Русь, танцевали старинные танцы, ели уху из стерляди, пироги с визигой и другие патриотичные яства.

    Угар патриотизма полыхал с 1914 по 1917 год. Временное правительство всерьез грезило взятием проливов. А Ленин уже говорил с броневика.

    Чем опасен угар: в нем есть шанс не заметить настигающего вала истории.

    Большевики, чье отрочество пришлось на душные полицейские годы Александра Третьего, усвоили такую стойкую ненависть к государственничеству, что ее след избавил и без того измученных советских людей от патриотизма на четверть века.

    Вместо этого русского кушанья их потчевали 10 годами без права переписки, раскулачиванием, расказачиванием, расстрелом крестных ходов, уничтожением монастырей, пятилетками безбожия и просто пятилетками, индустриализацией и так далее.

    По совокупности таких подходов 1941 год русские люди встретили спокойно. Миллион человек в первые два месяца войны без сожаления сдались немцам. Когда Сталин обращался к народу «Братья и сестры», эти самые братья и сестры в ватниках зло сплевывали на землю сквозь выбитые на допросах зубы. Пока русским не вернули церкви, войны не получалось, даже с заградотрядами и СМЕРШем.

    Сталин, в юности поживший среди трудяг в ссылках, думал, что понял суть русского характера. Но понял он его на свой лад — на банкете в честь окончания войны поднял тост «за русский народ», как поднимают тосты в грузинском застолье, с избыточным славословием, который режет русский слух.

    28 миллионов этого народа лежало в земле.

    Его именем начался подъем патриотизма такой силы, что оставшиеся в живых пахали на себе, садились за колоски, узнавали, что радио изобрел не Маркони, а Попов, и дивились, что коммунисты перевоспитывают в духе советского патриотизма не только их, но и растения по методу Лысенко.

    Больше патриотизма не было до недавнего времени. Советский человек, с его навыком жить под сапогом, успевал хватать воздух, довольствуясь, правда, совсем уже суррогатом. От советского патриотизма бежали в карате, рок-музыку, бродяжничество, походы. Что угодно, только не хитрая морда позднего «совка».

    Чем дальше ты от родины, тем более непредсказуемо на тебя действует этот странный плод имперской вивисекции — патриотизм.

    Может быть, самый яркий пример — случай Цветаевой и ее мужа Сергея Эфрона.

    Служение идолу чревато сломом личности.

    Когда Сталину надоел Эренбург с его проповедью ненависти к немцам, то всесильный, как казалось многим, рупор пропаганды ждал в своем кабинете ареста со дня на день.

    Фадеев, переписавший роман «Молодая гвардия» в угоду «направляющей роли партии», застрелился.

    Шолохов, отредактировавший «Поднятую целину», пил горькую и больше не писал вовсе.

    Есть устойчивая закономерность: когда власти разжигают большую войну, народ, втягиваясь в нее, запоминает вкус свободы. Так случилось в 1812-м. Так случилось в 1917-м. Так случилось в 1943-м. Горела земля и Волга, а люди ощущали себя свободными.

    В первом приступе государственного патриотизма сожгли Москву, в ходе второго — подожгли Волгу. Что нас ждет на этот раз?..

    Надежда КЕВОРКОВА

    Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2014/10/01/61377-vyzyvaem-ogon-na-sebya

    Для родителей
    Добавить комментарий